Забудь обо мне

Никто не идет за мной, потому что Бармаглот даже не глушил мотор, и, как только я берусь за ручку входной двери, машина отъезжает.

Кажется, теперь я и стала той самой «маленькой дочкой его друга».

Даже не обращая внимания на бардак на кухне, бреду в спальню и прямо в одежде и носках забираюсь под одеяло.

Укрываюсь с головой.

Это… совсем конец?

Когда через пару минут на экране телефоне всплывает входящее сообщение, даже не сразу понимаю, сплю я или нет. Потому что это абонент «Бармаглотище» и с его фоткой.

Вытираю слезы и сопли чуть не по всему лицу.

Шмыгаю носом.

Открываю сообщение.

«Забыла свой плеер, потеряшка»

Я падаю на спину и, как дура из романтического фильма, прижимаю телефон к груди, от радости что есть силы стуча пятками по матрасу.

Потеряшка — это, конечно, не Зая.

Но это… хотя бы что-то.



Глава девяносто пятая: Сумасшедшая

Я ношусь с этим сообщением целую ночь.

Буквально."

"Не могу уснуть, потому что хожу из одного конца квартиры в другой и придумываю, что мне на него ответить. Ведь от этого ответа будет зависеть… все?

«Спасибо, привези его пожалуйста завтра вечером, я живу по тому же адресу»?

Даже в моей голове это читается как: «Приезжай — и я буду отсасывать у тебя прощение!»

Сразу мысленно комкаю лист бумаги, на котором это написала, и выбрасываю в мусор.

«Спасибо большое, что сказал — я бы перевернула весь дом, пытаясь вспомнить, где могла его оставить»

Слишком… ни о чем?

Спасибо — и? После такого сообщения от ответит что-то вроде «Передам его Вовке» — и на этом наша тонкая новорожденная связь прервется.

Этот вариант тоже идет в утиль.

«Спасибо большое, обращайся с ним бережно»?

Останавливаюсь и прижимаюсь лбом к приятно холодной стене.

Почему раньше я могла строчить ему сообщения без подготовки, без раздумий, мгновенно отправляя то, что пришло в голову — и это всегда было уместно, колко и вызывающе?

Это просто идиотизм, но я не могу придумать одно проклятое сообщение из нескольких слов даже когда над городскими высотками поднимается яркий, но уже по-осеннему холодный первый сентябрьский рассвет.

Марик не написал, что может его привезти.

Не предложил встретиться, чтобы я забрала плеер сама.

Кроме того сообщения он больше не прислал ни буквы, никаких подсказок.

Этот упрямый мужик просто мозг мне взрывает!

В конце концов, когда с непривычки еду в кондитерскую на такси, и по радио играет детская песенка о дружбе, почти начинаю верить в то, что это — знак, и мне нужно смириться с поражением. Я же знаю Бармаглотище, знаю, что, если этот мужик чего-то хочет — он прет на пролом как танк и плевать ему на «нет» и «нельзя». Если бы хотел со мной увидеться — он бы ухватился за этот шанс, а так…

Но ведь раньше он всегда так и делал.

Он. Не я.