Забудь обо мне

Хоть мы обе прекрасно видели полный стаканчик одноразовых стиков с сахаром.

Глава девяносто первая: Сумасшедшая

— Это правда вкусно, — говорит Мила спустя пару минут, когда где-то вдалеке сверкает желтый росчерк молнии.

— Для постоянных клиентов есть ассортимент скидок — накопительные карты, карты клиента, — улыбаюсь в ответ, давая понять, что готова вести цивилизованный разговор, если она не собирается устраивать показательную порку. Хотя я абсолютно уверена, что это благодушие — затишье перед бурей.

— Спасибо, но в этом районе я бываю крайне редко и по особым случаям. Например, — Мила окидывает меня прохладным взглядом, — увидеться с несостоявшейся женой Марка.

Почему она не сказала «бывшего мужа»?

Проглатываю неприятный липкий ком паники, выдерживаю первую атаку и отвечаю, стараясь не упасть в грязь лицом:

— Несостоявшаяся жена Марка польщена таким вниманием и на всякий случай говорит, что в следующий раз можно просто заглянуть в мой инстаграм. Если там есть новые фоточки, значит, я жива.

— Не факт, что здорова? — снова слегка «прикусывает» она.

— А кто в наше тяжелое время бывает полностью здоров? То лапы ноют, то хвост отваливается.

— Хотела спросить — ты довольна собой? — резко меняет тему Мила. Уже не улыбается, но и неадекватной, лезущей на баррикады «брошенкой» тоже не выглядит. — Мне, знаешь, все время хотелось спросить — для чего ты все это затеяла? Это ведь ты захотела. Марк не собирался разводиться.

Я выбрасываю в урну свой почти нетронутый кусок кекса и делаю глоток крепкого горького кофе. Даже зубы сводит, но и мозги прочищает от ненужных мыслей.

— Потому что не хотела быть любовницей, — отвечаю я и, подумав, добавляю: — И потому что просто хотела и могла.

— Ты же в курсе, как называют маленьких девочек, который вот так, по прихоти, уводят мужчин из семей?

— Умницы-красавицы? — посмеиваюсь я.

— Суки и стервы, — и не думает улыбаться в ответ Мила.

— Если честно, мне все равно. — Пожимаю плечами.

Никогда, ни разу с того дня, как Бармаглот ушел, я не искала себе оправданий.

— Если ты приехала рассказать мне, что я поступила плохо, то вряд ли скажешь что-то такое, чего я уже сотню раз не сказала себе сама. — Это не попытка заработать баллы. Мне нет смысла красоваться перед женщиной, которая все равно останется в моей жизни лишь транзитным персонажем, именем, которое рано или поздно, но сотрется из памяти. — Если бы все люди на земле поступали только красиво и правильно, жили по совести, это была бы утопия.

— Ты же и так затащила его в постель, и знала, что…

— Я никогда никого силой в постель не тащила, — поправляю ее. — Глупо верить, что сорокалетнего мужика можно соблазнить гостеприимно раздвинутыми ногами. Разве что на одну ночь.