Обнаженный любовник

Сделав холостой круг вокруг переплетения односторонних полос, Мэй нашла Торговую улицу и осталась на ней, количество проспектов, пересекающих ее, возросло с десяти до двадцати.

Когда она доехала до тридцатого, стоимость коммерческой недвижимости вокруг упала буквально на глазах, старомодные офисные здания были заколочены, все рестораны и магазины заброшены. Единственные машины вокруг — либо проезжали мимо, либо — мертвые и пустые, а о пешеходах можно вообще забыть. Потрескавшиеся и усыпанные мусором тротуары были безлюдны, и не только потому, что апрель оставался негостеприимным в северной части штата Нью-Йорк.

Мэй начала терять веру в свой план, когда подъехала к первой из нескольких переполненных стоянок.

И, Господи, проблема в том, чем они были заставлены.

Транспортные средства — потому что они точно не были похожи на обычные седаны и хэтчбэки — были либо ярко-неоновых, либо черных расцветок, стилизованные в стиле «аниме», с правильными аэродинамическими углами и заостренными бамперами.

Она оказалась в нужном месте…

Да ладно. Ей здесь не место, но она там, где должна быть.

Мэй заехала на третий участок по той же теории, которую она выдвинула ранее на шоссе: если она проедет чуть дальше, то проскочит мимо. И как только она оказалась внутри границы ржавой проволочной сетки, ей пришлось проехать до последнего ряда, чтобы найти место. И на своем пути она встречала людей, которые соответствовали образу модных драг-рейсеров: вариации Джейка Пола и Таны Монжо[8] смотрели на нее так, как будто она — потерявшаяся на рейве библиотекарша.

Это ее огорчило, хотя и не потому, что ее волновало мнение о ней других людей.

Все, что она знала о человеческих инфлюенесерах[9], она узнала от Роджера. И напоминание о том, какими раньше были их отношения — та дверь, которую она должна была закрыть. Падение в эту черную дыру сейчас ей не поможет.

Когда Мэй вышла из своего «Цивика», ей пришлось запереть дверь ключом, потому что в брелке села батарея. Прижав сумку к телу, она опустила голову и не смотрела на людей, мимо которых проходила. Однако она чувствовала их взгляды, и ирония заключалась в том, что они смотрели на нее не потому, что она была вампиром. Без сомнения, ее простые джинсы и толстовка «SUNY Колди» являлась пощечиной для их «Гуччи».

Она не знала точно, куда идти, но узкий поток людей вливался в более крупный, многие из них направлялись к гаражу. Присоединившись к случайной толпе двадцатилетней молодежи в полном рассвете своей молодости и сексуальности, Мэй попыталась заглянуть вперед. Вход в многоуровневую бетонную кладку был забаррикадирован, но у боковой двери образовалась очередь.