Властелин моих кошмаров, или Невеста на обмен

Четыре дня назад Грегори принес огромный кусок «мыла», пахнущего смесью очень душистых цветов. То есть, конечно, это было не совсем мыло. Скорее, спрессованный порошок с вкраплениями бутонов и трав, который при соприкосновении с влажной кожей превращался в густую пену. И с тех пор я каждое утро начинала с торопливого купания в реке, пользуясь отсутствием соседа.

Позавчера он без всяких слов бросил на мою «кровать» красивый гребень. Таким можно было и расчесаться, и заколоть волосы, чтобы не лезли в глаза. Вероятно, «инвестору» просто надоело любоваться моей лохматостью, но я все равно была благодарна."

"Вчера таким же молчаливым образом на моей соломе появился кулек с сушеными ягодами. Сладкими, с дразнящей кислинкой, буквально тающими на языке. И все сегодняшнее утро я ими лакомилась, вычесывая колтуны из измученных волос.

Пару раз, втайне от Грега, я после обеда укладывалась на его шкуру. Вдыхала с нее знакомый мужской запах, внушающий странное чувство защищенности. Дремала, добирая часы спокойного сна, которых была лишена ночью.

Пробуждаясь, чувствовала себя преступницей, нарушившей правила. Героиней сказки о легкомысленной девочке, что забрела в густой Аквелукский лес и устроилась поспать в пещере семейства вирр. Ох, что было, когда они ее обнаружили…

Сегодня, доев ягоды, я отхлебнула из кувшина «молоко», брезгливо поморщилась и спустилась к реке. Рано или поздно этим нужно было заняться, а я все откладывала. Но мы в варховом мире уже неделю. Мое платье пропиталось грязью, потом, дымом, жиром… Да чем только ни пропиталось, одним словом. И запасного у меня нет.

Так что, убедившись, что ни Грег, ни дракон, ни гигантская креветка за мной не подсматривают, я стянула с себя платье и белье, оставив на теле только тонкую ночнушку. Зашла в воду, поежилась – холодно! – и, вооружившись душистым «мылом», принялась за стирку.

Зуб на зуб не попадал, кожа покрылась мурашками, голову пекло красной звездой… Но я продолжала усердно тереть. Не могу я с Кольтом находиться под одной крышей, когда пахну вот этим вот всем!

Грег же после недельной беготни по лесам и партэлям умудрялся источать приятный аромат. Его шкура пропиталась запахами старого парфюма и разгоряченной кожи. И совсем немного мужским потом. К стыду моему, непротивным. Я однажды даже поймала себя на том, что в полусне вожу носом по меху, пытаясь получше уловить все эти невозможные нотки. Кошмар.

Ополоснув ткань от пыли, соломы и пены, я развесила вещи сушиться на раскаленном камне. Сама же вернулась в воду и намылила сорочку прямо на себе. Сомнительный способ стирки, но остаться совсем без покрова было стыдно. Вдруг гигантская креветка все-таки наблюдает за мной из глубины? Ох она и смеется, наверное.