Обмани, но люби

 – И он покинул террасу в сопровождении подавленной жены.

– Не беспокойся, – немедленно после их ухода повернулся Саллисто к Белле. – Мы с твоей мамой все обговорили накануне. Получилось не совсем удачно, мы не ожидали, что они вернутся так быстро, но раз он застал нас врасплох, мы решили, что Дант должен все узнать сразу. Когда они поговорят об этом с Пиа, он извинится за свое плохое поведение.

Белла встала из-за стола:

– Меня очень тронуло ваше предложение жить с вами, но боюсь, идея удочерить меня ему показалась чрезмерной. Саллисто, я не то чтобы беспокоюсь, мне просто тяжело. Точно такая же реакция была у Клиффа, моего брата, когда Надин привезла меня из приюта домой. Он был абсолютно к этому не готов.

– Но это совсем другой случай, – решительно возразил Саллисто. – Ты родная дочь Люсианы, Дант – мой сын. Вы оба дороги мне и твоей матери.

Эти слова растрогали Беллу.

– Разница в том, что Дант – взрослый женатый мужчина, который сам намерен растить детей, а не незрелый подросток. Твое вхождение в семью только обогатит его жизнь, а никак не ущемит ее.

– Д-даже если так… – Белла замялась. – Он жил с вами с рождения и теперь испытал настоящий шок. Это может ударить по вашей семье, вызвать сплетни.

Может быть, будет лучше, если вы сегодняшний день проведете с ним и его женой? Им, конечно, захочется обсудить все это с вами.

И Белла беспокойно взглянула на Леона, надеясь, что он поддержит ее.

– Кончитта уже дремлет, и я, пожалуй, лучше вернусь на виллу с Леоном. – Она нагнулась, чтобы поцеловать мать, потом Саллисто. – Спасибо за чудесное утро. Я не заслужила всей этой любви. Вы не представляете, до чего я вас люблю. Мы встретимся позже.

Леон уже взял дочку на руки и приготовился уходить. Они вышли из палаццо, и Белла, сев на заднее сиденье седана, устроила Кончитту на ее креслице. Руфо запрыгнул следом и лег на пол.

Белла поцеловала девочку в носик.

– Ты так хорошо вела себя сегодня утром, что заслуживаешь награды. – Она порылась в сумочке и достала губную помаду. Малышка схватила тюбик и немедленно засунула себе в рот. Это дало ей занятие до конца поездки.

Если бы Белла не захотела сбежать, Леон сам настоял бы на том, чтобы немедленно покинуть палаццо. Выражение лица Данта открыло ему то, о чем он и так догадывался.

Его обычно спокойный уступчивый брат привык держать свои чувства при себе, подобно вулкану, медленно копящему магму. Но сегодня они изверглись в атмосферу, обнаружив давнюю боль и новую обиду.

– Когда мы вернемся на виллу, я попрошу Талию уложить малышку, а мы с тобой поговорим спокойно о том, что произошло.

– Невыносимо думать, что все это из-за меня! Это разрушит жизнь твоей семьи.