Обман

Но самое ужасное то, что пока я тут прикидываюсь гусеницей-палочником, Бабник достает из кармана пиджака маленькую бархатную коробочку, протягивает ее своей курице и она, снова изображая пожарную сирену, начинает прыгать на месте. То есть буквально — задом на стуле.

В интернете ходят такие странные видео, где происходит какое-то совершено идиотское действие, но оно затормаживает, словно вирус, и все, что ты можешь — тупо смотреть зацикленную двух или трехчасовую запись, забывая о происходящем вокруг. Вот на меня эта «скачущая зайка» зайка действует именно так. Как она это делает? У нее там пружина что ли?

Только поэтому я не сразу замечаю, что именно находится внутри маленькой коробочки.

— Ничего себе… — растягивая звуки, говорит Погремушка, и вытягивает из коробки…

Ох, это выше моих сил.

Кольцо слишком красивое, а бриллиант такой большой, и чистый, что его свет явно затмевает мне мозги. Вместо того, чтобы, как порядочная, закатить скандал, я тут же наклоняюсь ближе и задерживаю дыхание, разглядывая настоящий шедевр ювелирного искусства. Оправа в виде распустившей лепестки розы тоже вся усыпана бриллиантами, но тот, что в середине — карат, не меньше!

— Марик, ну ты даешь, — запинается девчонка.

— Согласна, — сглатываю я.

Такие украшения мне даже приснится не могут: психика бдит, чтобы в арсенале моих желаний не появлялось ничего слишком дорогого, потому что на первом месте — машина, машина и еще раз машина. Но видеть это вживую, да еще и при таких обстоятельствах — это выше моего терпения. Тем более, когда эта девица вертит кольцо, явно намереваясь прямо тут надеть его на палец. На тот самый, где носят помолвочные.

Кстати, а ведь оно как раз подходит.

Марик что, совсем берега попутал?

— Вера? — слышу удивленный голос Червинского, но нарочно даже не смотрю в его сторону.

Просто кладу перед девчонкой телефон, где во весь экран красуется фотография полуголого Бабника. Нет, ничего крамольного там нет и даже если девчонке еще нет восемнадцати — бывают и такие скороспелые — ничто не пошатает ее нежную психику.

Только уверенность в том, что таким кобелям никогда нельзя верить.

— Марик! — Я всплескиваю руками, пока девица сперва задирает голову, а потом берет в руки телефон и начинает вертеть его в поисках лучшего угла обзора. — Я тут мимо проходила, решила поздороваться, спросить, как дела. Узнать, как поживает герпес.

— У тебя герпес? — хихикает девчонка.

— Вера, что ты тут делаешь? — тупо переспрашивает Червинский.

— Очевидно, — тычу взглядом в кольцо, которое теперь бесполезной безделушкой валяется на столе, — смотрю финал шоу «Холостяк». В первых рядах. В ВИП-ложе.