Обещания и Гранаты

Кто там сейчас находится?

Я не видел, чтобы кто-то приходил или уходил, и наблюдал за ней последние десять минут. Выйдя из фойе внизу, я устроился здесь, готовый ворваться в ту секунду, когда мне показалось, что она пытается сбежать.

До сих пор все было тихо, и мне не нравится, как от внезапной перемены натягиваются сухожилия на моей шее.

Крадучись к двери, я отвечаю Джонасу коротким «нет», понимая, что если я этого не сделаю, он снова начнет приставать ко мне.

Когда мы встретились десять лет назад на острове Аплана, куда моя мать обычно таскала меня, когда у нее были лишние деньги, единственное, что я знал о нем, это то, что ему не разрешалось приближаться к поместью Примроуз, где живет семья, владеющая островом.

Я понятия не имел, во что ввязываюсь, когда вызволил его из тюрьмы и нанял работать, но это одни из единственных длительных отношений, которые у меня есть, поэтому я терплю его, несмотря на его непрекращающуюся болтовню.

— Значит, ты действительно ничего из этого не обдумываешь, — говорит

— Все должно происходить определенным образом, Вульф, — огрызаюсь я, стараясь говорить тише, чтобы не привлекать внимания к моему присутствию того, кто находится в комнате. — Я не могу просто бросить ее в гущу событий и ожидать, что она смирится с этим.

— Но… брак? Когда ты уезжал в Бостон, ты никогда не упоминал об этом.

— Планы меняются. Это самый простой и быстрый способ получить то, что я хочу.

— Ладно, ладно. Уверен, ты знаешь, что делаешь. — Пауза, нерешительность, пульсирующая в линии. — Ты не думаешь, что она будет проблемой?

Моя рука находит дверную ручку, медленно поворачивается, мое сердце бешено колотится, когда я начинаю толкать дверь. Когда глаза привыкают к сцене передо мной, смех поднимается в груди, дразня заднюю часть горла.

Хотя ничего смешного нет, он сменяется таким горячим чувством предательства, что у меня перехватывает дыхание.

Повесив трубку и убрав телефон в карман, прежде чем ответить Джонасу, я вхожу внутрь, стиснув зубы, когда мой взгляд встречается с взглядом матери Елены.

Даже нахождение с ней в одной комнате заставляет мои легкие чувствовать себя так, словно они загорелись, и я пытаюсь дышать через опаленные обломки.

Брови Кармен сходятся вместе, когда она видит меня, загорелая кожа вокруг них остается совершенно неподвижной.

— Что, черт возьми, ты наделал, Кэллум? — шипит она, заставляя мои

руки болеть, когда они сжимаются вокруг пустого воздуха. — Почему моя дочь не выходит замуж за Матео де Луку прямо сейчас?

— Вместо этого Елена решила выйти за меня замуж.

— Ты трахнул ее, не так ли? — Губы Кармен изгибаются в ответ. — Ты

знал, что если ты обманешь ее, ты обманешь и нас тоже. Ты просто ждал своей возможности.

— Она решила выйти за меня замуж по собственной воле.