Обещания и Гранаты

 — Что… как ты нашла меня здесь?

Моя сестра поворачивается по кругу, полностью оценивая меня, прежде чем ответить.

— Я разбираюсь в людях.

— Звучит сомнительно.

— Может быть, мы гораздо больше похожи, чем я хочу признать. — Она приподнимает одно плечо, слегка пожимая плечами, в уголках ее больших карих глаз появляются морщинки. — На днях мне позвонили из банка и сказали, что они замораживают мой счет, пока пытаются выяснить, кто продолжал делать депозиты от моего имени. Знаешь ли ты, что это довольно популярная фишинговая афера?

Она моргает, как будто не ожидала такого ответа.

— Ладно. Ну… знаешь, что теперь они хотят закрыть мой счёт из-за подозрительной активности из-за того, сколько раз ты пытались внести деньги?

— Ты могла бы просто принять депозиты, и у тебя не только были бы деньги, но и ты могли бы свободно распоряжаться своим банковским счетом. — Я наклоняю голову набок. — Не то чтобы сейчас это имело значение в любом случае. Больше никаких депозитов не будет.

Отвернувшись, я выхожу во внутренний дворик и сажусь на один из металлических стульев. Вайолет несколько мгновений стоит на месте, похоже, ведя какую-то внутреннюю борьбу, затем, наконец, сдается и присоединяется ко мне, садясь за стол, скрестив одну ногу на другую.

— Банкротство? — спрашивает она ровным голосом, как будто уже уверена в ответе.

— Что? Нет, я не банкрот. У меня достаточно денег в моих личных сбережениях, чтобы никогда больше не работать.

— Хвастун, — говорит она, тихо смеясь про себя. — Итак, что случилось с наличными, которые ты так отчаянно хотел мне дать? Устал от того, что я не позволяю тебе решать все мои проблемы?

Я пожимаю плечами, ковыряя кусочек отколотого прозрачного покрытия на стеклянном столе.

— Может быть, я понял, что ты была права насчет моих проблем с контролем, и решил поработать над ними.

Она снова смеется, на этот раз громче.

— Кэл, без обид, но ты практически преследовал меня последние шесть лет. Я не чувствую, что ты из тех парней, которые просто… начинают с чистого листа, когда кто-то указывает на недостаток.

Ее слова впиваются в пустую долину в моей груди, разрушенную торнадо, ожидая, когда что-то вырастет на месте моей любви к Елене. Я постукиваю пальцами по колену, напевая, когда знакомый зуд пойти и привести ее домой возобновляется во мне.

— Ради некоторых людей стоит постараться.

Губы Вайолет кривятся, и она отводит взгляд, наблюдая за кучей земли, которая должна была быть садом Елены.

— Моя жена — Елена — пыталась посадить сад, но очевидно, что ее тепличных способностей катастрофически не хватает.

— Хм. Да, я не думаю, что они должны быть такими… коричневыми летом.

Я уклончиво хмыкаю, глядя на солнце, садящееся над пляжем.

— Я встретила ее, ты знаешь.