Обещай мне

Менее всего этим вечером Корт хотел играть в фанты. Впрочем, когда мужчины вновь присоединились к дамам в музыкальном салоне, эта идея угасла сама собой. Гости разбрелись по разным углам. Клер, как оказалось, приняла предложение мадам Мерсье сыграть партию в крибидж. Белль сидела перед камином с леди Гарриэт и леди Августой. Вскоре к ним присоединились граф Рамбуйе и Тобиас, и беседа заметно оживилась.

Дора и Сара устроились за пианино, листая партитуры и перешептываясь. Их мужья сначала с самым серьезным видом обсуждали рост цен, а затем принялись советовать женам, какую мелодию выбрать.

Филиппы в салоне не было.

Корт стоял за спиной Клер, устремив взгляд в ее карты, но мысли его были далеки от игры. Он думал о Филиппе. Он не ожидал, что встреча с бывшей женой так взволнует его. Проклятие! Прошло столько лет, а он все еще ничего не забыл! Внезапно ощутив, что больше не может видеть Клер, сосредоточенно подсчитывающую очки. Корт вышел через открытые двери в сад.

Июньская ночь, теплая и тихая, уже опустилась .на землю. Изредка налетал ветерок, принося сильный запах маттиол, раскрывающихся после наступления сумерек. Корт вдохнул полной грудью ароматный воздух и приказал себе расслабиться. В конце концов скоро этот мучительный вечер кончится. Как только дурацкая партия в крибидж подойдет к концу, он уведет Клер из этого дома. Несколько успокоившись, Корт медленно пошел по дорожке в глубь сада, не подозревая о том, что за ним внимательно наблюдают фиалковые глаза.

Филиппа, сидя на каменной скамье под цветущим рододендроном, с замиранием сердца ждала, когда он подойдет. Весь вечер она больше всего боялась объяснения наедине, потому и ускользнула в сад. Но видно, судьбу не обманешь. Герцог Уорбек неумолимо приближался. Она боялась его, боялась почти до полной потери самообладания. Почему она не отказалась от приглашения!

Сейчас, в лунном свете, он был чем-то похож на льва, пробирающегося по ночной саванне. Вдруг Филиппа вспомнила его глаза, серые, четко очерченные густыми ресницами. Никогда ей не приходилось видеть таких удивительных… таких завораживающих глаз. Как он был красив сегодня, герцог Уорбек, ее бывший супруг… и как высокомерен, как разгневан!

Раздался удивленный возглас. Уорбек заметил ее: и остановился как вкопанный.

Памятуя о том, что лучшая защита – это нападение, Филиппа раскрыла белый кружевной веер (память о Венеции) и выпрямилась.

– Вам понравился вечер, ваша милость? Голос ее не дрогнул, хотя каждая жилочка в ней трепетала. Уорбек окинул Филиппу ледяным взглядом.

– По-вашему, мадам, мне должен был понравиться этот фарс?

– Я не ожидала вашего появления на вечере, потому и приняла приглашение, – объяснила Филиппа внешне спокойно, но от нервного напряжения ее подташнивало.