Обещай мне

Признайся, тебе ведь было весело?

– Веселее не бывает, – вставил Этьен с ехидной усмешкой. – Немногие родители могут похвастаться, что дети их буквально осыпали знаками внимания.

– Кое-какие из этих знаков внимания едва не стоили мне сердечного приступа, – подхватил граф Рамбуйе, старательно изображая досаду. – Впрочем, – он улыбнулся, – я действительно не скучал. Сейчас я иногда даже жалею о тех временах.

Последние слова были встречены веселым смехом. Сделав усилие. Корт наконец оторвал взгляд от бывшей жены. Он уже дважды ловил себя на том, что сидит, уставившись на Филиппу. Он чувствовал, что его взгляды ни для кого не оставались тайной, и это раздражало его. И чтобы окончательно не разозлиться, он дал себе слово вообще не смотреть на другой край стола.

По обыкновению серьезный, даже несколько торжественный голос мадам Мерсье вывел его из рассеянности.

– Слава Богу, мир наконец подписан. Я надеюсь, он принесет Англии долгожданное процветание, но меня беспокоит судьба моей родины.

Графиня более ничего не сказала, но все и без слов знали, что она лелеет надежду вернуться домой.

– Если тори по-прежнему будут у власти, мы не дождемся процветания, – счел своим долгом заметить Корт. – По моему глубокому убеждению, ни один из членов этого кабинета не способен управлять страной.

Леди Августа, симпатизирующая втайне партии тори, со стуком положила нож на тарелку.

– Однако, Корт, не может быть, чтобы у них не было плана развития страны!

– Увы, бабушка, ни о чем подобном я не слышал, – убежденно ответил он. – А между тем в самом скором времени нас ждут тяжелые времена. Предприятия, несколько лет выполнявшие военные заказы, нужно переориентировать на другие сферы производства. Континентальный рынок вряд ли примет нас с распростертыми объятиями. Англию ожидает период самой жестокой депрессии за всю ее историю.

– Н-неужели ты думаешь, что персп-пективы такие мрачные? – спросил Тобиас, нахмурившись. Очки у него соскользнули на кончик носа, и он привычным жестом отправил их обратно к переносице. – В конце к-концов блокада снята, на складах много товара, и немало дельцов только и ждет случая, чтобы навод-днить им рынки Европы.

– Наводнять чем-либо тамошние рынки имеет смысл только в том случае, если у европейцев есть деньги, – спокойно возразил Корт.

Он знал, что семейство Мерсье было заинтересовано в торговле с Европой. После бегства из Франции граф и графиня сумели создать торговую компанию, которая очень пострадала во время войны, и теперь они надеялись поправить свои дела.

– Я считаю, – продолжал Корт, – что долгожданный мир принесет Англии серьезный спад экономики, долгие годы работавшей только на войну.