Обещай мне

И я был бы жив, чтобы утешить ее…

Корт дюйм за дюймом продвигался вперед, но когда подошел к безумцу совсем близко, Кроутер ткнул ему в лицо факелом, едва не опалив волосы, и он вынужден был отступить.

– Теперь я вижу, что ты такой же идиот, как и Филипп! – прорычал дядя Филиппы. – Нет, ты еще глупее, хоть ты и Уорлок! Будь ты умен, ты бы сообразил, кто оставил тебе анонимное письмо. Что за дурак тот муж, который за шесть лет не сумел разобраться, кто подкинул ему в постель тряпку Сэндхерста!

Корт был потрясен. Правда, по дороге в Мур-Манор он уже смутно догадывался, чьих рук делом была грязная анонимка, но тогда он слишком беспокоился за Филиппу и сына, чтобы всерьез задуматься над этим.

– Как я ненавижу вас всех! – продолжал Кроутер в неистовстве. – Я знал, знал, что девчонка рано или поздно все вспомнит, и я сделал бы в тысячу раз больше, чтобы предотвратить это. Я надеялся, что ты, ревнивый болван, обезумеешь настолько, что сразу прикончишь обоих в «Четырех каретах», но только дельце не выгорело… жаль! Ну да и ладно, эти двое сбежали в Италию, где у них был хлопот полон рот – не до воспоминаний. И все бы хорошо, но мозгляк Сэндхерст возьми да и помри, а Филиппа возьми да и вернись в Англию. Что тут было делать бедному старому Эразму? Только позаботиться о племяннице раньше, чем она вспомнит. Да и ты тоже хорош, Уорлок! Взбрело тебе в голову затеять эту стройку! Тебе что, жить было негде? На кой черт тебе сдались эти развалины? Ведь жил я тут, никого не трогал – нет, всем дело до старого Эразма, всем дело до его денежек!

Корт продолжал незаметно приближаться, приготовившись при первом удобном случае выбить факел ударом трости. Ему послышался странный, смутно знакомый звук, заглушаемый ревом пламени. Он не успел еще сообразить, что это, как с задымленной лестницы, неистово лая, мохнатым шариком скатился Fancuillo. He медля ни секунды, щенок вцепился в штанину Кроутера и начал трепать ее, рыча и подвывая. Тот никак не ожидал нападения и на секунду отвлекся.

Корту этого хватило. Он выставил трость наконечником вперед и со всей силой нанес Кроутеру удар в грудь. Раздался хруст треснувшей кости. Глухо ухнув, Кроутер навзничь повалился на каменный пол. Падая, он ударился головой о стену и остался лежать недвижим. Корт даже не взглянул на него, чтобы проверить, жив ли он еще. Он переступил через неподвижное тело и поднял факел. Fancuillo поскуливал у закрытой входной двери. Корт свистнул, чтобы привлечь его внимание.

– Ко мне, малыш! – крикнул он, похлопывая по ноге. – Ищи своего хозяина! Ищи Кита!

Услышав знакомое имя, щенок понесся по ступенькам вверх.

– Филиппа! Кит! – звал Корт, перепрыгивая через две ступеньки.