Кровавые обещания

– Виктория!

Мы обернулись и увидели приближающегося к нам Николая. Он одарил нас – в смысле, конечно, ее – ослепительной улыбкой. В честь праздника он приоделся – рубашка цвета полыни, темно-зеленый галстук – и выглядел изумительно. Я глянула на Викторию, интересуясь, произвел ли его вид на нее хоть какое-то впечатление. Увы. Она вежливо улыбнулась, искренне радуясь встрече с ним, но ничего романтичного тут не было. И снова мелькнула мысль о ее таинственном «друге».

С Николаем были двое парней, которых я уже видела прежде. Они приветствовали и меня. Как и Беликовы, они, похоже, считали меня неотъемлемым элементом здешней жизни.

– Ты не передумала пойти на вечеринку к Марине? – спросил Николай.

Я почти забыла об этой вечеринке, на которую он пригласил нас, когда мы впервые встретились. Тогда Виктория согласилась, но, к моему удивлению, сейчас покачала головой.

– Нет. У нас есть свои планы.

Это стало новостью для меня. Возможно, предстоит что-то, о чем я пока не знала, хотя сомнительно. Возникло чувство, что она лжет, и, как преданная подруга, я не стала опровергать ее слова. Однако было больно смотреть, как вытянулось лицо Николая.

– Правда? Нам будет недоставать вас.

– Увидимся в школе.

Похоже, это его не утешило.

– Да, но…

Внезапно взгляд Николая переместился с ее лица за наши спины. Он нахмурился. Мы с Викторией обернулись, и я почувствовала, как ее настроение тоже изменилось.

К нам приближались трое парней, все дампиры. Ничего необычного я в них не заметила – не считая самодовольных ухмылок, – но на лицах других собравшихся около церкви дампиров и мороев возникло то же выражение, что и у моих собеседников. Взволнованное. Обеспокоенное. Смущенное. Парни остановились рядом с нами.

– Я так и думал, что ты здесь, Коля, – сказал один на превосходном английском, и до меня не сразу дошло, что он обращается к Николаю. Я никогда не понимала, по какому принципу у русских образуются уменьшительные имена.

– Я не знал, что ты вернулся, – натянуто ответил Николай.

Я заметила между этими двумя явное сходство – те же волосы с бронзовым отливом и худощавое сложение. Братья, надо полагать."

"Взгляд брата Николая переместился на меня. Он просиял.

– А это, должно быть, та самая американская отказница.

Меня не удивило, что он знал, кто я. После поминальной службы местные дампиры рассказывали удивительные истории об американской девушке, которая сражалась со стригоями, но не имела знаков окончания школы и обязательства служить стражем.

– Роза, – представилась я.

Я не знала, что на уме у этих парней, но не собиралась выказывать никаких признаков страха перед ними. Ему, казалось, понравилась моя уверенность. Мы пожали друг другу руки.

– Я Денис. – Брат Николая кивнул в сторону своих друзей.