Обережник

– Ха! – крик Клека привлёк к себе внимание.

Он всё-таки умудрился прижать секиру викинга к частоколу. Данила не упустил шанс и нанёс лучший укол копьём, на который только был способен. Но и тут северный разбойник не сплоховал, извернулся, стоя на лестнице, так, что железко копья вонзилось не в подмышку, а проехалось вскользь по боку, распоров кольчугу и оставив длинную рану.

Викинг спрыгнул с лестницы, Клек ухитрился поддеть её вырезом своей секиры и, чуток поднатужившись, скинул её вбок.

– Смолу давай! – приказал варяг.

Из железного котелка смолой полили викингов, рубивших частокол. Их успели предупредить, парочка спрыгнула с вала, спряталась за щитом, не понеся малейшего вреда.

– Кажись, отбились! – переводя дух, сказал Ждан.

– Рот прикрой! – одёрнул его Клек.

Данила проследил за его взглядом и увидел, как на зубце частокола дёргаются впившиеся в него крючья кошки.

– Здесь будьте, – бросил варяг четверым (уже только четверым!) оставшимся приказчикам, сам же с обережниками побежал к новым ворогам.

Данила оказался впереди, но едва он сделал пяток шагов, его окликнул Клек:

Что и было сделано без промедления. Клек, чуть крутнувшись, запустил в показавшийся над частоколом шлем свой щит. Попал точно в него, шлем скрылся из виду, его обладателю наверняка тоже не поздоровилось.

В следующий миг Клек перепрыгнул через Молодцова, прямо как в чехарде, и оказался первым на очереди у незваных гостей.

Над частоколом в буквальном смысле взмыл ещё один воин. Не варяг, но с бородой не как у викинга – короткой, русой, остальное лицо скрывал добротный шлем. Он прыгнул на настил, но Клек в одиночку, без щита, сумел его оттеснить от каната, по которому лезла подмога. Ждан встал в том месте, попытался сбросить кошку. Данила же кинулся на подмогу Клеку.

На узком настиле было не разойтись, Молодцов попробовал прикрыть старшего товарища щитом слева, без устали заработал копьём.

Русобородый отступал, не переставая улыбаться (а может, оскал у него такой был нервный), но защищался грамотно, уверенно. Вот одна беда: на контратаку возможности у него не было, а варяг превосходил его силой и длиной рук. У Клека тоже спокойно добить врага не получалось – в любой момент ему в шею могла прилететь стрела. Улучив момент, когда враг закроется щитом от укола Данилы, Клек долбанул в него секирой с двух рук. Обухом. На ладонь выше умбона. Лезвие пробило деревянную основу щита, увязло в нём. Клек резко дёрнул на себя, утягивая за собой врага. Тот открылся удару Данилы. Но противник отпустил щит, отбил удар Молодцова секирой, единственным оружием, что у него осталось. Ему тут же в рожу полетел щит, из которого Клек вытащил свой топор. Разбойник пригнулся, испуганно осмотрелся: один против двоих, без щита.