Обережник

На самом деле снежок, спрессованный до состояния льда и брошенный умелой рукой, не менее опасен, чем камень. Данила в этом лично убедился, когда парню около него из другой сотни в кровь разнесло лицо таким вот снежком, даже без камушка внутри.

Словенцы жутко взревели, когда почуяли первую кровь в своих рядах, но в атаку пока не ринулись – ждали чего-то.

– Гордята назвал Горазда пиявкой вонючей, трусливым…

Договорить новому глашатому не дали. Один из хитрецов, что взобрался на плечи своему соседу, вдруг крикнул:

– Горазд за меч схватился…

Какой все кругом испустили крик.

«Понеслась!» – понял Данила.

– Слушай, Будим, – в самое время спросил он у соратника, – а какие тут правила есть? Там, по горлу нельзя бить или по яйцам?

– А… чего?.. – Будим весь был уже в драке, его аж трясло от возбуждения. – По причинному месту бить? Не одобряется, богам то не любо, но… как пойдёт, короче. Сам смотри.

– Ага. – Молодцова ответ удовлетворил.

Он задвигал плечами, корпусом, разминаясь, попрыгал на одной ноге, на другой – застоялся что-то, пока болтали.

А сзади уже напирали словенцы. Неревские сделали первые шаги и надвигались плотной толпой, почти строем.

– Рядом со мной держитесь, помогайте друг другу, не уходите далеко, – напутствовал напоследок Будим.

– Это мы ещё посмотрим, кто кому помогать будет, – ощерившись, ответил Данила.

Ну, словенский рукопашный бой или окинавское карате – посмотрим, что круче.

Неревские с боевым кличем подбежали метров на пять. В этом момент Данила чуть замешкался: он привык, что на таком расстояния враг с боевым оружием начинает замедляться и «работать» копьями. Но это был рукопашный бой, поэтому словенцы сзади только сильнее подтолкнули Молодцова, и он с ходу влетел в толпу недругов.

Его сразу встретил мощный хук от косматого мужика без шапки с раззявленным ртом. Да, до кап тут действительно не додумались – у мужика имелся серьёзный дефицит зубов. А станет ещё больше.

Данила поднырнул под удар, приблизился к нападавшему вплотную, прижал его вторую руку к его же груди, а сам, распрямившись, врезал апперкотом в челюсть. Заехал хорошо – мужик запрокинул голову и стал заваливаться навзничь.

Молодцов, получив свободу действий, рубанул ребром ладони в затылок неревца, сцепившегося с Ломятой. Тут же Данилу схватили за левое плечо, дёрнули, выводя из равновесия. Молодцов знал, что через долю секунды после этого последует удар. Рефлексы, вбитые на рукопашных тренировках, сработали чётко. Молодцов успел обхватить вцепившуюся в него руку, чуть довернул корпус, и злопыхатель послушно наклонился вперёд вслед за конечностью. Данила врезал ему ребром ладони в основание черепа, после чего добавил коленом в лоб.