Обаятельное чудовище

— Лучше скажи, что будет, если ты предъявишь счет своим друзьям? — Оседаю я, нащупывая рукой подоконник, чтобы ухватиться за него и не упасть. — Они останутся твоими друзьями, если ты перестанешь спонсировать их попойки?

— Тебя это не касается. — Тим резко опускает руки. — Я просто не понимаю, ну, на хрена так делать? Ведь мы же обо всем вроде договорились?

— Я не знаю… — Признаюсь ему. — Просто психанула. Одно дело, ты — хозяин заведения, а другое — толпа мажоров, которая берет в баре самый дорогой алкоголь и закуски бесплатно.

— Не бесплатно, а за мой счет! — Тим срывается с места и начинает мерить шагами кабинет.

— Отлично. Будем вычитать из твоей доли.

— Замечательно. — Бросает он.

— Интересно, как они отреагируют?

Левицкий останавливается и впивается в меня гневным взглядом.

— Марта, чего ты хочешь от меня?

— Я думаю, что они больше не придут. Обидятся на тебя.

— Что плохого в том, что я угощаю своих друзей?

— Ничего. Если тебе самому нравится быть для них дойной коровой, то пожалуйста. Будь. Только не в ущерб клубу, ладно?

— Да что ты лезешь-то ко мне? Какая тебе разница, какие у меня отношения с моими друзьями?

— Да мне вообще плевать на тебя! — Не выдерживаю я. — Мне важен мой бизнес! Для меня это вопрос жизни и смерти!

Я топаю ногой, как капризный ребенок.

— Мне так часто хочется придушить тебя… — вздыхает он, вытягивая руки и приближаясь. — Все чаще и чаще. Это какое-то безумие…

Тим придвигается вплотную и оглядывает меня с ног до головы. Медленно, будто впитывает взглядом каждую деталь, каждую черточку.

— Ты чокнутая… — шепчет он.

— Отойди от меня… — выдыхаю ему в губы.

Тим не отрывает от меня глаз. Пытаюсь оттолкнуть его и уйти, но он не дает. Заполняет собой все пространство передо мной. Перекрывает пути к отступлению. Ну, почему нас так тянет друг к другу? Будь это притяжение хоть чуточку слабее, я бы спокойно ушла, а теперь вынуждена словно со стороны наблюдать, как становлюсь пластилином в его руках, как таю, беспомощно тону в его терпком запахе.

— Марта… — Голос у Тима как горячий кофе: обжигает и щекочет. Хочется напиться им вволю, чтобы перестать ощущать слабость и головокружение. — Запомни, ты всегда можешь сказать мне, чего хочешь. Но только прямо в глаза, не увиливая.

Почему он так действует на меня?

— Ведь ты же не боишься меня?

Мои щеки вспыхивают ярким румянцем. «Боюсь. И еще сильнее боюсь оттого, что хочу тебя так, что перестаю понимать, где реальность, а где мои желания».

— Это тебе стоит опасаться меня, Тим. — Я прерывисто тяну носом воздух, закрывая глаза.

Ему не стоит сближаться со мной. Ему это только навредит.

— По-другому уже не получится. — Слышится его голос. — Я уже здесь.

Сильные руки обхватывают мою талию, поднимают и усаживают на подоконник.