Дело о дневнике загорающей

– Что случилось, шеф?

– Гамильтон Бергер готовится обвинить меня в лжесвидетельстве.

– Вы отказались отвечать на его вопросы?

– К счастью, Гамильтон Бергер формулировал вопросы таким образом, что у меня не возникло необходимости отказываться отвечать ему. Он хотел знать, опускал ли я эту штору в доме у Балларда с тем, чтобы подать сигнал Арлен Дюваль. Я ответил отрицательно. Затем он вынудил меня отрицать также и то, что, опуская и поднимая штору, я вообще подавал кому-либо какой-то сигнал. Я воспользовался этой возможностью и сказал – нет. Я боялся, что если он будет много говорить, то в конце концов задаст и правильный вопрос, а именно: подходил ли я или нет к окну этого дома и опускал ли я или поднимал штору? Он вышел из себя. А когда наш друг Гамильтон Бергер сердится, то мыслит не очень четко.

– То есть он так и не спросил вас, что вы там делали, кроме того, что кому-то сигналили?

– Вот именно. – Мейсон усмехнулся.

– Замечательно! И что же мы теперь будем делать?

– Позвоним Дрейку и спросим, нашел ли он того рассыльного.

– Он его не нашел. Хотя обзвонил все службы, где есть курьеры.

– В таком случае остается последняя возможность – связаться с теми, кто шьет театральные костюмы. Одежда могла быть взята напрокат.

– Он уже над этим работает. А вот и он – легок на помине.

Раздался условный стук в дверь, которым пользовался только Пол Дрейк. Делла Стрит открыла.

– Ты не хочешь дать мне пинка под зад? – с ходу спросил Дрейк у Мейсона.

– С чего бы это?

– А с того, что я оказался набитым дураком и меня следует наказать не позднее следующей недели. И как я только сразу не раскусил этого рассыльного!..

– Давай ближе к делу, Пол. Рассказывай!

– Прежде всего я должен был заметить, что это была не обычная курьерская служба, что это был театральный костюм.

– Как бы ты это определил?

– Подделку видно сразу – там, во-первых, не было значка с номером, вместо него на фуражке красовалась медная бляха с каким-то именем, и моя секретарша приняла ее за название службы. Но это не самое худшее…

– А что же самое худшее?

– Этим рассыльным мог быть Говард Прим – парень, замешанный в угоне трейлера.

– Ты уверен?

– В том-то и дело, что нет, черт меня подери! Я не уверен и не могу дать тебе что-то, что бы ты мог потом использовать.

– Не кипятись, Пол! Давай по порядку.

– Вчера ночью, Перри, у меня работало много людей. Нужно было сделать массу вещей, и ночная секретарша на коммутаторе буквально разрывалась на части. Поэтому, когда откуда-то появился курьер и сказал, что у него конверт для Пола Дрейка, который я должен передать тебе, как только ты появишься, она не обратила на это внимания. Взглянула только на адрес, а курьера словно ветром сдуло. Даже расписку не попросил.