Дело о дневнике загорающей

Бергер удовлетворенно выпрямился на стуле.

– Думаю, этого пока достаточно. Пригласите Джеймса Уингейта Фрейзера.

Фрейзер вошел, его привели к присяге, и он изложил свой рассказ, подтвердив все, что до него сказал Манди, за исключением момента о времени.

По словам Фрейзера, он впервые увидел Манди в промежутке между девятью и девятью тридцатью.

– Как вы определяете время? – спросил Бергер.

– Приблизительно. Я ездил посмотреть кое-какую недвижимость, а когда возвращался, меня остановил на бульваре этот детектив, и мне кажется, что тот человек у Балларда в доме подавал сигнал где-то около десяти часов вечера.

– Можете ли вы сейчас опознать человека, подававшего сигнал?

– Да, сэр. Это был Перри Мейсон.

– Когда вы в первый раз узнали, кто он такой?

– Он появился у меня дома… у нас как раз полным ходом шла небольшая вечеринка.

– Во сколько это было?

– Поздно ночью.

– И все-таки во сколько?

– О, это было… примерно… не знаю, я совсем не смотрел на часы. Мы отдыхали с друзьями, и…

– Что хотел мистер Мейсон? Что он сказал?

– В основном он хотел выяснить, хорошо ли я разглядел и смогу ли узнать того человека в окне. Я ответил, что человек был такого же телосложения и… А после того как мистер Мейсон уехал от меня, кто-то из гостей, не помню кто, сказал что-то насчет того, что слишком уж он озабочен, смогу ли я того незнакомца снова узнать и… еще кто-то добавил: «А может быть, он озабочен потому, что хочет знать, не подозревает ли его кто-нибудь…» Все засмеялись, но меня вдруг как осенило… я понял, что человеком в окне мог запросто быть мистер Мейсон.

– Вы видели того человека сначала в окне, а потом когда он уходил, верно?

– Да, сэр. И когда он уходил, я разглядел его лучше.

– Видели, как он вышел, сел в машину и уехал?

– Да, сэр.

– Кто был этот человек?

– Сейчас я могу утверждать, что это был Перри Мейсон.

– Называя это имя, вы имеете в виду свидетеля, сидящего от вас слева?

– Да.

– Положите руку ему на плечо.

Фрейзер приблизился к Мейсону и выполнил, что от него требовалось.

– Это все, – заявил Гамильтон Бергер.

Окружной прокурор встал, повернулся к присяжным, затем взглянул на Мейсона и произнес:

– Мы вас больше не задерживаем, мистер Мейсон. Вы свободны.

– Благодарю вас, – сказал Мейсон, – но если вы хотите быть абсолютно и окончательно точным в глазах Большого совета присяжных, то вам бы не мешало отметить и тот факт, что у обоих этих свидетелей я спрашивал, могут ли они опознать виденного ими человека. Манди, мне помнится, ответил, что вряд ли, а Фрейзер сказал, что может опознать, если снова увидит. Но в тот самый момент Фрейзер смотрел прямо на меня.

– Нет нужды начинать оспаривать это дело, – возразил Гамильтон Бергер.