Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

Мой ад отныне был внутри. Снаружи — спокоен и отстранен.

— Привет.

Мы так и стояли. Просто смотрели. Молча, но так говоряще. Кричали, не проронив и звука. Алена в своем кокетливом летнем сарафане с острыми плечами и узкими щиколотками казалась девушкой-весной, вечно юной и прекрасной, только глаза выдавали опыт и страдание."

"Она едва заметно качнулась ко мне — я усилием воли подавил желание прижать к себе. Алена все поняла. Она удивительно тонко чувствовала перемену во мне, и сама менялась моментально. Теперь ее взгляд был колючий, грозный, готовый к любому исходу.

— Ира беременна, — произнес сухо. — Я буду работать в Штатах. После свадьбы мы улетим из страны.

— Поздравляю. — голос абсолютно ничего не выражал. И это било по нервам больше любой истерики и слез. Алена была равнодушна.

— Вот, возьми, — передал ей конверт

Точнее, попытался передать. Алена демонстративно сложила руки на груди.

— Что это?

— Это документы и ключи от машины. И деньги.

Алена коротко зло хохотнула и оттолкнула мою руку.

— От меня не нужно откупаться, Небесный! Иди к невесте с миром! — и отвернулась, уйти хотела, но я не мог позволить.

— Алена! — практически зарычал. Ну какая же сложная бесячая женщина! — Возьми!

— Мне подачки не нужны, — прошипела в лицо. — Уходи.

— Я виноват перед тобой, но я хочу загладить вину. Я хочу знать, что у вас все нормально! Что тебе не нужно пахать, как проклятой! Что у тебя и мелкой все есть!

— У нас и так все есть! — вырвала руку.

— Да не будь такой упрямой! — схватил в охапку и к себе прижал. — Пожалуйста, хоть раз уступи! Дай мне покой! Дай, блядь!

Алена прерывисто дышала, глаз с меня не сводила. Волчица!

— Хорошо, — взяла конверт. — Хорошо…

Я отпустил ее, шаг назад сделал — на безопасное расстояние. Руки до сих пор жгло от прикосновения к ней. Вот оно, значит, как… Душу рвет и внутренности выворачивает. Больно. Больно быть человеком.

— Не смотри так, — зло бросил.

— Как? — Алена надменно подбородок вздернула.

— Так, как только ты умеешь… — обреченно вытолкнул сквозь зубы.

— Не буду. Больше никогда, Дима, — прикрыла глаза и тоже отступила. Два метра расстояние, а словно на разных орбитах. — Желаю быть хорошим мужем и отцом. Прощайте, Дмитрий Александрович.

Алена ушла: дочку позвала и, взяв за руку, увела в противоположную сторону, а я смотрел. Только когда потерял из виду, вернулся в тачку. Что я делаю?! Правильно ли поступаю? Могу ли иначе?

Я оставлял женщину, которая во шла в меня прочнее, чем моя собственная душа, к той перед которой обязательства стали жестче. Я остаюсь с Ирой. Таков был изначальный план. Я не мог оставить ее и ребенка ради нежданных, негаданных, ненужных чувств! Это не мое. Это наваждение. Это пройдет. Должно пройти. Обязано! Так проще. Мне нужно принять новую реальность.