Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

Пытался контроль поймать, вернуться в привычное состояние скупого рационалиста. Сейчас ощущение, что мне снова пятнадцать, и мир разлетелся на тысячи острых осколков. Они рвали меня. Эмоции. Чувства. Уязвимость. Именно поэтому подавил в себе привычную человеческую тягу к теплу и нежности. Это ломало и делало больно. Всегда нужна дистанция. Всегда!

Когда терраса утонула в позднем августовском солнце, уже по-осеннему холодном, я точно знал, что сделаю. Я не мог бросить женщину, беременную от меня. Я буду хорошим отцом. Лучше, чем мой собственный! Я обязан таким стать!

Утром без предупреждения поехал к Алене. Наше лето закончилось…

Глава 22

Дима

Я не звонил и не предупреждал, просто приехал к Алене. Чувствовал, что она дома. Вроде бы все просто: мы обговорили, как и когда закончатся наши отношения. Только изменилось все, сложнее стало. Невероятно сложно. Для меня. Для нее не знаю. С Аленой непонятно. Иногда близкая, но чаще далекая и загадочная. Как звезда: холодная, но выжигала до самого нутра.

Я вышел из машины с холодной головой и без сердца — привычное для меня состояние. Я много сделал плохого, обеим своим женщинам. Ире, что изменял. Алене… Алене, что запал на нее, любовницей против воли сделал, в жизнь влез и ничего не дал взамен, только брал. Извинения уже приготовил, надеюсь, примет. А Ира… Ире не придется терпеть измены, потому что я не буду таким же мужем, как мой отец.

Я услышал знакомый писклявый голосок и повернул в сторону детской площадки. Алена стояла возле горки и ловила Катю, съезжавшую с трубы. Темно-каштановые волосы блестели на солнце, отливая яркой медью. Густые, мягкие, с запахом полевых цветов и дурманящей страсти. Также пахла ее кожа.

Я залюбовался против воли: высокая, стройная, гибкая. Легкая и изящная. Самая красивая женщина на земле. Помню, мама в моих воспоминаниях была такой. Самой, самой, пока не ушла, не бросила меня! Я ведь тоже был ребенком: да, мне было пятнадцать, но она все равно была нужна. Тогда мать бросила меня, а я бросал Алену. Я уходил. Уходил от женщины, которая также сильно отзывалась в сердце. И она тоже меня не любила. Если бы мама любила, то не убила бы себя. Если бы Алена любила, то тоже не молчала бы? Ведь да?

— Дятя Дима! — Мелкая первая меня увидела и побежала на всей скорости. Я подхватил, слабину дал и позволил обнять себя. Хорошая девочка, добрая и открытая. У нее должно быть хорошее будущее: чем смогу, помогу.

— Привет, мелкая! — и подбросил вверх. Катя звонко захрюкала, по-другому не назвать!

— Есё! — просила, смеясь.

— Дочь, беги, — улыбнулась Алена и на меня взглянула своими пронзительными серыми глазами. — Привет, — и казалась какой-то другой, по-особенному прекрасной. И смотрела иначе. Не мог объяснить как, но моя выдержка разлетелась в клочья. Внутренне.