Неидеальные. Откровения о любви (СИ)

В душ ушла, а я стоял под дверью и выл, как голодный волк на бесконечно далекую луну.

Через десять минут Алена вышла в одном полотенце, сбросила его, оставаясь голой, и схватила купальник.

— Соблазняешь? — мрачно проговорил, взглядом следуя за узкими трусиками, закрывшими гладкий лобок."

"— Нет, — сухо отозвалась, — одеваюсь. Ты, надеюсь, живешь не здесь?

— Нет, — рывком оттолкнулся от стены и подошел, схватил лямки купальника и застегнул, пахом вжимаясь в крепкие ягодицы. Случайно, естественно. — Поужинаем сегодня?

— Я буду со своими, а ты как знаешь…

Понятно. Сам за себя, значит. Алена здесь крепость, и меня ждала долгая осада в одиночестве. Или нет? Кое-кто все же был на моей стороне.

— Дятя Дима! — звала Катя. — подем в моле!

Алена поджимала губы, но смирилась, что малышка требовала меня рядом. Мне тоже нравилось с ней возиться. Очаровательная мелкая! Она за два дня нашла себе друзей и вообще не скучала, только меня таскала за собой. Хоть одной Романовой я нужен!

— Это твой папа? — спросила девочка постарше.

— Не, это мой дятя-папа, — ответила Катя.

Я почему-то улыбнулся. Алена, услышав, поманила меня пальцем и добрым ее взгляд не назвать.

— Ты мерзавец, Небесный! — зашипела она. — Ребенком манипулируешь!

— Нет, Аленушка, — попытался поцеловать ее колено. Она дернулась, — мне нравится мелкая. И ты. Хочу быть твоим Иванушкой. Можно?

Меня разморило на южном солнце до состояния двадцатилетнего пацана. Мне хотелось смеяться, гулять ночами напролет и целоваться. Я себя чувствовал свободным от обязательств и своих московских обстоятельств. Только Алена не давала слабину, хотя я видел, что смотрит на меня. Чувствовал, как вздрагивает от самого невинного прикосновения. Тоскует. Она тоже тоскует по мне! А какое это интересное чувство — завоевывать женщину, томиться в ожидании, ждать благосклонности.

На третью ночь буквально грыз подушку. Как сладко мы могли бы проводить это время, а вынуждены лежать в постели и смотреть в одиночестве в потолок. Я подсветил дисплей телефон — час ночи. Не могу больше!

Схватил шорты и футболку, оделся и пошел на соседнюю виллу. В спальне Алены было темно, а створка балкона сдвинута, пропуская свежий морской бриз.

Я ухватился за выступ балкона, подтянулся и перемахнул через перила. Осторожно вошел в тихую и темную спальню. Алена не спала. На счастье или на беду, даже не знаю.

— Что тебе нужно?! — шикнула, натягивая одеяло на подбородок. Наедине и в темноте уже не такая дерзкая, но все еще ершистая.

— Схожу с ума, пришел лечиться, — присел на край и нашел рукой теплую ступню.

— Ты сказал, что я не должна с тобой спать, — напомнила мои же слова.

— Клянусь, ты не уснешь… — стянул через голову футболку. Я не надел белье и стоячий ствол очень красноречиво натягивал ткань шорт.