Ну ты и ведьма!

Сработал стационарный переход? В подземелье резиденции Совета магов?

Куда он приведет, если территория храма защищена от телепортации?

Я слегка покачнулась – мужские руки придержали за талию.

– Спаси…

Не договорила: ладонь Фарийского накрыла мне губы.

– Врата не открывать минимум полчаса. Сошлетесь на то, что опасались нападения хаоситов и молились, боясь подходить, – журчал мелодично высокий женский голос.

– Да, моя госпожа, – угодливо отозвалась вторая женщина.

– Арбор встретить со всеми полагающимися почестями, говорить вежливо, всячески угождать.

– Да, хранительница. Клянусь, задержим ее надолго.

Мы стояли за беломраморной внушительной статуей богини Матери, на возвышении.

Я сделала несколько шагов вперед, когда маг отпустил. Говорившие женщины находились внизу, у подножия широкой лестницы. Видеть меня они не могли.

Света звезд хватало, чтобы рассмотреть двор храма и его обитателей. Пока две служительницы разговаривали, четыре стояли рядом, молитвенно сложив руки на груди. Подальше, у ворот, дюжина воинов проверяли сбрую ездовых ящеров.

Как интересно! Телепорт магов перекинул в вотчину ведьм, к Источнику. А как же обещанная защита? А аномалии на всей горе, не позволяющие открывать порталы даже за оградой храма?

Видимо, запрет – фикция. Или магистерский телепорт – исключение из правил? Заблаговременно оставленная магами лазейка? Та же временная хранительница о нем не знала, раз собиралась спуститься с горы на ящерах.

– А из храма можно открыть телепорт? – прошептала я.

– Да, но только в две точки: резиденцию Совета и в королевский телепортационный зал, – объяснил тихо Фарийский. – Я покажу, как его активировать, когда вернемся.

Дыхание мага обжигало кожу, посылая во все стороны будоражащие молнии.

Зря я вспоминала о проведенной в лесном домике ночи, теперь думаю о том, как Фарийский умопомрачительно целуется. А как нежно прикасаются его руки… А-а-а! Хаосова память тела!

Когда маг как бы невзначай притянул к себе ближе, я не выдержала, рванула вперед.

Хватит подслушивать, пора действовать.

– Светлых дней, сестры!

Нужно было видеть лица собравшихся внизу людей.

Естественно, меня сразу узнали.

Женщина, еще секунду назад заверявшая временную хранительницу в своей преданности, склонила голову и торопливо произнесла:

– Светлых дней, госпожа Арбор! Мы ждали вас с нетерпением!

Потрясающая наглость – так быстро и бессовестно перекрашиваться.

Подавив усмешку, я серьезно заявила:

– Вижу. Не зная, когда смогу посетить храм, вы вышли встречать с самого утра.

Ни одна ведьма не смутилась.

Медленно спускаясь по широким, выглаженным тысячами ног ступеням, я не сводила взгляда с застывшей статуей Аликеи, соперницы Михелины в академии.