Развод на новый год

- А когда мне могут сделать операцию?

- В любой день, я же говорила. Если что, ради нас подвинут расписание.

Я постарался улыбнуться. Мне было до того плевать на свою жизнь, что я даже не запоминал информацию по диагнозу, лечению, операции. Врачи постоянно крутились вокруг и рассказывали что-то, но оно не задерживалось в голове. И вообще мой мозг стал походить на гигантское решето, из которого вываливались события, даты, статьи уголовного кодекса и лица людей. Страшней всего было забыть Соню. Лучше всего, было наконец ее забыть. Егор утверждал, что все наладится, что это процесс обратимый, вот только… зачем? Все и так хорошо."

"- Значит поедем на операцию, - спокойно сообщил я и добавил тем же невозмутимым тоном: - Люба, организуй пожалуйста нам роспись, необходимо узаконить наши отношения до… твоих родов.

Я не сказал до своей смерти, хотя подразумевал именно это. Один к восьми хороший шанс для надежды, и никчемный, чтобы пускать на самотек юридические дела.

- Ты хочешь, чтобы мы поженились? - Сухо спросила Люба. Но я увидел как что-то злое блеснуло в ее глазах.

- Именно.

Егор уселся на кушетку и, обхватив лицо руками, прошептал:

- Ой, дебииил. Что творит?!

Я мельком посмотрел на брата и продолжил:

- Это облегчит юридические вопросы после моей смерти. Ты родишь дочь, будучи в браке, и тебе не придется доказывать родство со своих слов и через тест ДНК. Зачем?

- Как предусмотрительно, - процедила Люба.

- И удобно. Никаких вопросов. Никаких комплексов у твоей девочки. Папа был и умер. Ну и в конце концов наследство, за которое не придется биться.

- Просто идиот, - прохрипел Егор из своей стороны палаты, но я его не слушал.

- Хочу сделать все правильно и не доставлять вам с ребенком проблем.

- А мне это зачем?

- Что?

Люба расправила плечи и села так ровно, что по ее спине можно на математике прямые чертить. Каждый жест выдавал скопившееся напряжение. Поворот головы, залом рук, натянутые носы туфель - все острое, все болезненное.

- Мне это все зачем, Макс? Я либо выхожу замуж за человека, который меня не любит, либо становлюсь вдовой. В чем смысл?

- Деньги. И моя фамилия. В нынешних условиях это может стоить куда больше той части наследства, на которую вы бы претендовали.

Несколько минут мы молча буравили друг друга взглядом. В Любиных глазах пылала ярость, в моих решимость смертника, готового сделать прыжок с моста. Впереди черная гладь воды и отражение луны которое зовет прикоснуться к себе. И я уже готов…

- Пожалуйста, Люба. Я хочу лечь под нож, зная, что сделал все правильно. Что у моего ребенка не будет проблем или недостатка в чем-либо. Что у нее будет хотя бы какая-то история обо мне, пускай короткая, детали ты можешь выдумать сама.

Губы Фроловой дернулись в кривой улыбке. Подбородок задрожал.