Фея придёт под новый год

Купив кувшин сливок, я поставила его к краю корзины, чтобы не опрокинуть, а когда подняла глаза, то увидела мастера Берта. Он стоял прямо передо мной, и лицо у него было таким, словно это он, а не Ванесса устроил голодовку на три дня.

— Добрый день, сударыня Белл, — произнес он и вымученно улыбнулся. — Неплохой денёк сегодня, верно?

Джоджо, загружая в корзину кругляши сливочного масла, завернутого в чистую холстину, взглянула на юношу с любопытством.

Мне тоже было интересно, почему это мастер Берт, получивший пинка (заслуженного, между прочим) от господина Тодеу, решил поговорить со мной о погоде посреди рынка.

Потерял доходное место из-за собственной глупости и невоздержанности и решил прощупать почву — не грозит ли ему что-то пострашнее увольнения? Но надо думать, что если тебя пригласили репетировать в грамматике и логистике, не надо слишком усердствовать и задаром обучать дочку хозяина науке нежной страсти. На что рассчитывал этот юноша? Или хотел обольстить богатую невесту? Тогда это вдвойне низкий поступок.

— Солнце светит почти как весной, — продолжал мастер Берт, глядя на меня глазами побитой собаки.

— Погода сегодня хорошая, — сдержанно ответила я. — А вот вы совсем нехорошо выглядите.

Он потупился, а потом сказал тихо:

— Могу я попросить вас о беседе без посторонних?

Джоджо фыркнула, а я уже открыла рот, чтобы сказать, что у меня нет времени на пустые разговоры, но тут нас всех отвлек оглушительный собачий лай. По рыночным рядам стая собак гнала кошку — рыжую пушистую кошку!

— Буссоль! — ахнула я, поставила корзинку и бросилась спасать негодницу, которая опять умудрилась попасть в неприятности."

"Меня опередил мастер Берт. Он обогнал меня на два шага и ловко сцапал кошку за шкирку, после чего рванул в ближайшую лавку. Собаки кинулись следом, но юноша уже скрылся за дверью. Выскочил дворник и метлой отогнал собак, ругаясь, на чем свет стоит.

— Вы с ума сошли, глупая девица! — сказал он мне, хмуря кустистые брови. — Бросаться ради кошки наперерез этим тварям! Вас бы тут сожрали — и косточек не оставили.

Я застыла столбом посреди торгового ряда, только сейчас понимая, что поступила очень безрассудно. Подошла Джоджо с корзинками — смертельно бледная, перепуганная, руки у неё тряслись, и она посмотрела на меня с укоризной, когда я поплотнее завязала вязки шапки и взяла свою корзину.

— Вы точно спятили, — укорила меня служанка. — Из-за кошки!.. Да будь она хоть трижды золотая!..

— Вы правы, — пробормотала я. — Сама не знаю, что на меня нашло.

— Идёмте домой, — заторопилась Джоджо. — Я вся дрожу!

Я пошла рядом с ней, но шагов через пять остановилась.

— Возвращайтесь, сударыня, — сказала я. — Забыла, что хотела купить ещё патоки на сладкие пироги.