Новый босс (СИ)

Обсуждение перспектив взаимовыгодного сотрудничества тянется медленнее, чем строительство Зенит Арены. В перерывах между ломанным трепом на тему космических объемов закупок, я успеваю написать Гасу три сообщения с обещаниями скорейшего выезда. В ответ он атакует мою совесть короткими «Ок», ничего больше не добавляя.

Когда встреча, наконец, подходит к своему логическому завершению, и мужчины пожимают друг другу руки, мой телефон показывает критическую половину восьмого.

Вырвав одежду из рук перепуганной гардеробщицы, выскакиваю на улицу и несусь к ближайшей станции метро. Сбегая вниз по ступенькам, набираю Гасу, чтобы сказать, что его любимая матрешка свободна и целиком в распоряжении его грязной фантазии.

— Я еду, Гас. — выдыхая морозный пар, выпаливаю в трубку.

— Я уже в отеле. — следует лаконичный ответ.

Когда в начале девятого я прокрадываюсь в номер Шератона, там царит мрачная тишина. Свет выключен, и вечно не замолкающий телевизор тоже.

— Малфой. — скидываю с себя одежду и забираюсь под одеяло. Скольжу пальцами по мускулистой спине и щекочу языком пахнущее Фаренгейтом ухо. — Я очень соскучилась. Прости, что так получилось. Я готова принести свои грязные извинения.

— Ya pisdetz kak zaebalsya, Слава. — глухо раздается в темноте. — Давай спать.

— Все еще злишься на меня? — спрашиваю, наблюдая, как Гас, сверкая мускулистыми ягодицами направляется в душ.

— Не злюсь, матрешка. — несется сквозь грохот захлопывающейся двери. — Расстроился, что гадов морских не налопался.

Он точно все еще злится. Секс по утрам — наша традиция, и Гас ей никогда не изменял.

Пока Гас плещется в душе, я влезаю в свой самый скучный брючный костюм, а волосы забираю с консервативный пучок, чтобы придать дополнительную строгость рабочему образу. Славка Шапокляк. На что не пойдешь ради любви.

Толкаю дверь в ванную, чтобы на французский манер попрощаться с Малфоем и заодно дать ему оценить несъедобность своего внешнего вида, и застываю на пороге, залюбовавшись видом его обнаженного тела.

Какого все-таки самца я себе отхватила.

Облизываю глазами рельефные плечи с перекатывающимися под влажной кожей мыщцами, ямочки на пояснице и крепкую задницу. Гас идеально бы подошел на рекламу брендовых трусов. Как спереди так и сзади. И подкладывать носок ему в ширинку не надо, как футбольному Криштиану — у него даже в редкие моменты отсутствия эрекции есть, что туда положить.

— Я поехала на работу, Малфой. — объявляю, дернув душевую перегородку.

Гас стирает пену с лица и критическим взглядом окидывает мой образ советской швеи.

— Для Егорки расстаралась? — выносит вердикт.

И вот так мое желание французского поцелуя летит по канализационной трубе на Елисейские поля, замещаясь пылающей русской злостью.