Новогодний Дозор

Попадется красная – мы с Дум-Думом посмотрим, что у тебя внутри. Синяя – проверим, что будет, если тебя опустить на полчаса в яму с ядовитыми пауками. Если желтая – возьмем кровь на анализ. Литра два или три, не больше… А если, например, белая… Ну, ладно! Доставай таблетки!"

"Пашка почувствовал, как его руки коснулся край холодной стеклянной банки. У него мурашки пошли по коже – и от холода, и от страха.

– Ну, хватит трястись, доставай таблетки! – прикрикнул Горлонос.

В углу заворочался и запыхтел Дум-Дум. Кажется, он тоже рассердился. Пашка прикоснулся пальцами к таблеткам, которые были насыпаны в банке. Они все казались одинаковыми, нипочем не угадать, какую вытянешь. Впрочем, какая ни попадется – все плохо.

И все же он никак не мог решиться. Горлонос нетерпеливо засопел, оскалил зубы и наконец проговорил:

– Та-ак, мальчик не хочет лечиться. А ну-ка, Дум-Дум, сделай ему укольчик.

Пашка услышал, как Дум-Дум заворочался, забормотал и начал приближаться. Перед глазами появилась его уродливая неловкая лапа, сжимающая стеклянный шприц с толстой ржавой иголкой.

– Нет! – закричал мальчик. – Я все сделаю! – и, схватив первую попавшуюся таблетку, он вытащил ее наружу.

– Зеленая, – разочарованно вздохнул Горлонос. – Это значит, барокамера. – М-да… Жаль, конечно, что ты не вытащил черную, например…

Пашка весь напрягся. Какая еще барокамера? Что за мучение они придумали? Может, это еще похуже, чем все ядовитые пауки вместе взятые!

Дум-Дум покатил тележку к стене. Пашка по-прежнему был привязан, он смог лишь немного приподнять голову. И увидел перед собой очередную ржавую дверь с тяжелым засовом.

Дум-Дум с усилием отворил дверь. Пашка увидел нутро старой газовой печи, размером с небольшую комнатку. Проступили ряды обожженных кирпичей, почерневшие трубы. Эта печь давно уже не знала огня, здесь были только тьма и холод, как и везде вокруг.

– Закатывай его туда, – руководил Горлонос. – Осторожнее, не сломай тележку, дубина! Аккуратнее с пациентом, он нам еще пригодится.

Дверца захлопнулась с оглушительным грохотом, и Пашка остался в совершенной темноте. Он не слышал ни звука, все заглушали удары собственного сердца. Он ждал, что последует дальше – ведь не просто так его сюда сунули.

Барокамера… Мальчик припоминал, что в такой штуке, кажется, тренируют космонавтов. Значит, будут откачивать воздух? Горлонос говорил про исследования… Неужели он хочет проверить, сколько ребенок продержится без воздуха?!

Впрочем, дышалось пока легко, если не считать убийственного запаха плесени. Было очень тихо, железная дверца словно отрезала весь мир.

В следующее мгновение Пашка замер от ужаса. Он ясно услышал, как совсем рядом кто-то ворочается. Этого не могло быть, печь казалась совершенно пустой.