Старушка-молодушка и новогоднее чудо(вище) (СИ)

И завтра уже приступишь к своим обязанностям горничной.

— А кто… кто мой будущий хозяин? На кого мне предстоит работать? — глаза Люсиль блеснули любопытством и немного тревогой.

Я вздохнула, предвкушая непростой разговор.

— Выйдем на улицу, и я все тебе расскажу.

Глава 8. Обновка

— Его Сиятельство Рэймон Марцелл? — задумчиво повторила Люсиль, хмуря красивый высокий лоб.

Мы вышли из экипажа и замерли посреди опустевшей улицы. Остановились для беседы. Рядом мужчина в синем камзоле, балансируя на узкой переставной лестнице, зажигал один из фонарей у дороги.

— Рэймон Марцелл. Это случайно не тот Марцелл, который… — Глаза Люсиль округлились, рот приоткрылся. Она в ужасе прижала ладонь к губам. Похоже, догадалась, о ком идет речь.

Проклятье! Не думала, что девушка из простой, небогатой семьи знает блэквудское чудовище по имени.

— Нет, — Люсиль затрясла головой и устремилась прочь, продолжая повторять, как заведенная: — Нет, нет, нет.

Я догнала ее и схватила за запястье:

— Все, что о нем говорят, неправда.

С отчаянием на лице Люсиль попыталась выдернуть у меня свою руку. Она едва не плакала.

— Бывший хозяин Ниена. Он проклят. И его замок в лесу на холме тоже проклят. Там творятся ужасные вещи. Это все знают.

— Ничего подобного.

— О боги, о Великий Зимний Дух, я же вам поверила, — девчонка разрыдалась. На ее больших голубых глазах набухли слезы и покатились по щекам, оставляя влажные дорожки. — Доверилась вам. Сбежала от мистера Козини, предала отца. Куда мне теперь идти? Что делать? Домой нельзя. Обратно в «Бешеную флягу»?

Ее спина содрогнулась, из груди вырвался придушенный всхлип. Остановившись посреди улицы, она закрыла лицо ладонями и погрузилась в свое горе.

Снег кружился в воздухе, оседая на наших меховых шапках, путаясь в длинных волосах, собираясь погонами на плечах моей шубки и Люсильдиного худого пальто.

— Люсиль, пожалуйста, не плачь. Граф Марцелл вовсе не монстр.

— Он каждый год требует себе новую жертву, — шепнула бедняжка в свои ладони. — Что он с ними делает? Говорят, жрет. Вместе с костями. А перед этим, — она тихонько завыла. — А перед этим насильничает.

Я вспомнила красивые голубые глаза Реймона Марцелла, добрые лучики морщин, разбегающиеся от его век, когда он улыбался в свой черный платок-маску. Его вежливость, обходительность. Его искреннюю готовность помогать девицам, попавшим в беду. Вспомнила, и мне стали до омерзения противны все эти злые сплетни о хозяине Блэквуда.

— Не надо так о нем говорить. Он этого не заслуживает. Никого Его Сиятельство не съел и не снасильничал, — я скривилась.

— Тридцать лет ему отдают девиц. Зачем? Куда они исчезают? — Люсиль недоверчиво смотрела на меня сквозь разведенные пальцы.

— Он помогает им устраивать свою жизнь.