Старушка-молодушка и новогоднее чудо(вище) (СИ)

— На помощь! — заорала я, и пианист принялся остервенело долбить по клавишам, пытаясь музыкой заглушить мой крик, чтобы никто снаружи его не услышал.

Чебурашка приближался, скаля желтые кривые зубы.

Мужик в шапке загораживал собой дверь.

Посетители вокруг гоготали.

Помощи ждать было неоткуда.

Вдруг на краю зрения что-то сверкнуло. Хлестнул в воздухе золотистый хвост. Лунет! Под потолком хлопнуло. И на голову мужика в шапке обрушился поток коричневой зловонной субстанции.

В ноздри шибанул крепкий запах навоза.

— Фу-у-у, — раздалось со всех сторон.

Пока жертва коровьих лепешек не опомнилась, я сиганула к двери и выбежала на свежий морозный воздух.

И лицом к лицу столкнулась с румяной запыхавшейся Люсиль.

— Что ты тут делаешь? — я схватила ее за руку, и вместе мы рванули по узкой, протоптанной в снегу тропинке вдоль проезжей части.

— В-в-вы… вылезла через окно, — с трудом, задыхаясь, прохрипела она. — Через… через окно своей спальни.

Ну молодец. Я ее, значит, жду, все беды на свою пятую точку собираю, а она, акробатка такая, через окно.

Что ж, стоит признать, и правда молодец. Но почему не предупредила, что собралась заняться домашним альпинизмом?

Позади распахнулась дверь таверны, и в спины нам полетел поток отборных ругательств. Не знаю, преследовали нас или нет. Кровь шумела в ушах, мне мерещился звук погони, но, возможно, его рисовало мое воображение. Я не оборачивалась, опасаясь потерять в скорости.

— Смотри! — заорала Люсиль. — Экипаж!

Из-за угла действительно вырулила длинная черная повозка из тех, что вмещала до шести пассажиров. Она стала нашим спасением, пусть и ехала не в ту сторону, куда мне было надо. Ничего. Потом пересядем. Лишь бы убраться из этого опасного района как можно скорее.

— Эй! — закричала Люсиль, размахивая руками, чтобы привлечь внимание кучера. — Остановитесь! Подберите нас.

К счастью, возничий оказался хорошим малым и внял мольбам двух испуганных девиц.

В салоне экипажа, на лавочке, пытаясь отдышаться и унять взбесившееся сердце, я обнаружила, что до сих пор судорожно стискиваю запястье Люсиль, и разжала пальцы. На белой коже остались красные следы от моей хватки.

— Прости.

— Ничего. Куда мы едем?

За окном проплывали угрюмые дома из серого камня. Небо стремительно темнело.

— Сначала надо забрать у портнихи заказ, а потом, — я всмотрелась в густеющие сумерки. — Потом домой."

"— И я с тобой? — натянутой струной в голосе Люсиль прозвенела тревога. Девчонка боялась, что ее бросят на произвол судьбы, и не сводила с меня настороженных глаз. Ее пальцы нервно комкали юбку на коленях.

— Конечно. Представлю тебя хозяину.

Вот Реймон Марцелл удивится, что я нашла для него служанку, да так быстро.

— Подготовим для тебя комнату.