Новик

Ибо они-то в отличие от Андрея сразу распознали что это за гости пожаловали. Сталкивались. Да и знали они, кто в округе из своих есть. Бросили и лагерь, и пленников, и кое-какое свое барахлишко. Просто подорвались и в бега. Ибо перспективы свои оценили очень невысоко.

Ринулись на пляж.

А там — беда.

Засадные, спешившись, начали пускать стрелы, не давая никому переправляться. Двух коневодов свалили, остальных отпугнули. Сами же прятались за деревьями, прикрываясь от ответного «огня» за ними.

Теоретически татарам можно было пытаться прорваться. Если бы засада располагалась с одной стороны от переправы. Но это было не так. Два засадных стрелка сидели на одном фланге, а два — на другом. Из-за чего не понятно было в какую сторону щит поворачивать. Да и караулить обоих с луком наготове переправляясь через пусть и маленькую, но реку, было очень сложно.

Поняв, что тут не прорваться, Ахмет развернул своих людей и повел их в контратаку. Неприятель ведь оказался уже совсем близко. И уклониться от боя уже не получалось. Вот и, пиная коней в бока пятками[38] сапог, они постарались разогнать их чтобы как можно скорее разойтись встречными курсами…

Сшибка практически не практиковалась в эти годы в регионе, в отличие от «собачей свалке», поэтому люди в десятке к ней и подготовились. Взяли по удобнее копья, у кого их не имелось, выхватили сабли. И приготовились крутится-рубиться.

Поэтому маневр татар в целом удался.

Они малой кровью проскочили мимо превосходящих сил неприятеля и направились вдоль поля к дальней опушке леса. Чтобы, видимо, скрыться там.

И в этот самый момент упал подъемный мост. По которому впереди своего отряда выехал Андрей на своем мерине, «сидящем» последние недели три на зерне, с некоторым добавлением сена и овощей. Отчего выглядел пышущим здоровьем и с явным желанием порезвиться.

Сходу ударив его в бока шпорами, Андрей направил рысью прямо навстречу отходящим татарам. В отличие от местных поместных дворян он не собирался вступать сразу в «собачью свалку», а планировал нанести полноценный копейный удар. Таранный. Который местные не практиковали. Зря что ли он к седлу привязывал бечевку с карманом для упора копья?

Вот этим самым копьем с таким упором он и поскакал вперед, держа его формально под мышкой зажатым и метя в неприятеля. А за ним остальные. Петр, Устинка и Егорка. Тоже также — с копьями под мышкой.

Разгон.

Удар!

Ахмет, возглавлявший бегство, прикрылся щитом от копья Андрея. Но удар оказался настолько сильным, что ему не только отсушило левую руку, но и выбросило из седла."

"Устинка и Егорка закономерно «обосрались», не сумев толком попасть в своих противников. Их копья просто скользнули по их щитам, спуская энергию удара в молоко. А вот Петр справился. И ссадил еще одного супостата.