Новик

Замок снять не беда, а вот печать ту тронешь — потом бед не оберешься. Дело то государево. А вот если десятка сгинет, то воевода может сказать, что забрали они с собой свою писанину…

Агафон мрачно кивнул.

— Батька, — нарушил их покой паренек, заглянувший после стука к беседующим.

— Что тебе?

— Там это, родичи из Новгорода приехали. Много.

— Много?

— Да с ними кто-то еще.

— Вот …! — воскликнул Агафон и ударил себя о стенку кулаком. — Их сейчас еще только не хватало! Что, не могли приехать попозже?!

— Ты не пыли! — положив ему на плечо, произнес Афанасий. — Сейчас московских в городе нет. Иди — поговори с родичами. И спрячь их куда-нибудь пока. Авось обойдется. А лучше домой отправь.

— А чего отправь то?

— Ты ведь их сюда притащил из-за Андрея и его краски?

— Я тебе этого не говорил.

— Да это и дураку ясно.

— Так уж и дураку?! — нахмурился Агафон.

— Даже тому дураку, что перед тобой. — усмехнулся Афанасий, после чего продолжил. — Андрея в Москву вызывают. Вот и подумай — нужны ли они тут? А может и тебе с ним в Новгород съездить? Вернешься на будущий год, как раз все тут поостынет.

— А коли Андрея зовут поговорить? И он вернется вскорости?

— Ты сам-то веришь в то, что говоришь? — горько усмехнулся Афанасий. — Стал бы царь из-за паренька такую возню устраивать, если бы хотел поговорить? Да и зачем ему отправлять за ним целый десяток?

— Ну… да кто его знает?..

Глава 8

1553 год, 9 сентября, поместье Андрея на реке ШатАндрей затянул последний ремень и немного попрыгал, проверяя как сидит его доспех. Не болтается ли? Новый доспех его сидел отлично. Точнее не новый, а новый-старый…

Перегрузка мерина легкой породы и неспособность его вести нормальный бой при текущем весе снаряжения заставляло Андрея экспериментировать. Тем более, что сидение в этой осаде оставляло довольно много времени на это занятие. Все равно делать особенно было нечего.

Свой доспех, понятно, он не трогал. В чем ему сражаться то в случае чего? Зато у него имелся определенный запас стрельчатых пластин и несколько трофейных кольчуг панцырного плетения.

Вот он и собрав небольшой фрагмент своего ламелляра обстрелял его бодкинами шагов с десяти. И получилось хорошо. Понятное дело, что стрелы безнадежно травмировали пластины, отправляя их под замену. Но, и это очень важно, углублялись за них неглубоко. Что, после некоторого раздумья, позволило ему отказать от кольчуги на корпусе. Тем более, что крепко привязанные к тканевой основе стрельчатые пластины не разъезжались и крепко держались своего положения, в отличие от обычной ламеллярной вязки без основы.

Вдовушки сшили Андрею новый стеганый кафтан, усилив немного простежку на груди. А потом, растерзав один из трофейных панцирей, нашили прям на этот кафтан фрагменты кольчуги[37].