Новик

 — И там была такая штука, что, потеряв какое-то количество юнитов, отряд отступал, обращаясь в бегство.

— Ясно, — кивнул Андрей. — Смотри. Все очень просто. В компьютерной игре этот параметр кардинально упрощен для облегчения моделирования. В реальной жизни такой формат бывает крайне редко. Например, представь начало Первой Мировой войны. Солдатики построились как-нибудь эшелонировано и пошли в атаку. По ним долбят из пулеметов, которые выкашивают первые ряды на глазах остальных. И вуаля! Все работает плюс-минус как в упрощенной модели из компьютерной игры. А теперь представь, что каждый юнит этого наступающего подразделения не знает, сколько у него погибло боевых товарищей.

— Это как?"

"— Например, они постоянно не падают перед его взором. Возьмем вчерашний бой. Я стрелял по лучникам, которые стояли сзади. Остальные с лестницами бежали к стене. Видели ли те, кто бежал вперед то, что происходило с лучниками? Нет. Даже лучники не сразу заметили проблемы, из-за чего отступили, лишь потеряв около трети ранеными и убитыми. Хотя в упрощенной модели их потолок десять, край пятнадцать процентов потерь до бегства с поля боя. Но они смотрели вперед — в цель, а не крутили головой по сторонам.

— Хм. Тогда получается, что ночная атака…

— Да. Она дает огромный модификатор к… хм… пределу боевой устойчивости. Вплоть до полной гибели подразделения в самоубийственной атаке. Это очень удобно, если у тебя толпа трусов. Одна беда — управлять войсками ночью крайне сложно. И закончиться такая атака может конфузом с излишне высокой вероятностью. Друг друга могут поубивать или еще что.

— Ясненько… — фыркнула Марфа. — А в самой крепости?

— А что не так в самой крепости?

— Ну, мы ведь там стреляли. Почему они там быстро не обратились в бегство?

— Что наблюдали там эти крестьяне? Двух воинов и неизвестного кого-то в центральной башне. Учитывая невысокую частоту выстрелов — одного-двух — не больше. Остальные сидельцы башни, в их представлении, бабы и дети, то есть, некто не представляющий угрозы. О том, что у вас самострелы, а не луки, они ведь не знали. А самострелы в наши дни распространены мало. Поэтому эти крестьяне-разбойники имели вот ТАКОЙ большой модификатор из-за кардинального численного превосходства. Вот если бы они перебрались через частокол и увидели десяток-другой воинов, то даже в бой вступать не стали бы — просто выпрыгнули бы за стенку. А так? Помнишь комедийный ролик «300 еврейцев»? Вот, примерно, как там. «Ну одному-то мы точно наваляем…»

— Я не смотрела. — серьезно возразила Марфа. — Но поняла тебя. Хм. Получается, что во время боя они просто не успели осознать происходящее. Так?

— Так.