Далекие странники (перевод новеллы)

Следующие восемь лет я готовился к главному событию в своей жизни.

— Ты тайно помог Сунь Дину, из-за чего Сюэ Фан попал в безвыходное положение. Этим ты спровоцировал Призрака Висельника на кражу ключа, а потом выследил его, убил и избавился от тела заодно с ключом, — продолжил за него Чжоу Цзышу. — Ты создал видимость бегства Сюэ Фана, что побудило других обитателей Долины искать Призрака Висельника за её пределами. Ты видел, как Сунь Дин и лао Мэн плетут собственные интриги, и всё это время наблюдал за ними…

— Под небесами, — прервал его Вэнь Кэсин, — только одна вещь способна уничтожить призраков…

— Человеческое сердце.

Вэнь Кэсин резко отвернулся и натужно закашлялся. Казалось, его лёгкие сейчас разорвутся на клочки. Приступ не давал глотнуть воздуха, и Вэнь Кэсин начал задыхаться. Тогда к его спине прижалась ладонь, а следом в тело влился мягкий поток ци, распространяя по меридианам живительную энергию и принося облегчение.

Как только удушье отступило, Чжоу Цзышу отнял руку и осторожно предупредил:

— Ты измотан, но это ерунда по сравнению с раной на руке. Её нужно перевязать, чтобы остановить кровь. Иначе я не осмелюсь помочь тебе с восполнением внутренних сил.

Он поглядел прямо в глаза Вэнь Кэсину:

— Один вопрос: ты хочешь жить?

Вэнь Кэсин долго и молча смотрел на него.

— Ты… покинешь меня?

Слегка улыбнувшись, Чжоу Цзышу покачал головой.

Вэнь Кэсин встрепенулся, стиснул зубы и через силу приподнялся, схватившись за запястье Чжоу Цзышу.

— Жить… Почему бы мне не хотеть жить? Разве я не имею права? Бессовестные, подлые мерзавцы живут… так почему… почему я не могу? Я хо…

Вэнь Кэсин покачнулся от нехватки воздуха, и его сдавленный шёпот прервался на полуслове.

Тогда Чжоу Цзышу вздохнул, запечатал ему основные акупунктурные точки, подхватил Вэнь Кэсина на руки и направился к спуску с горы.

- - - - -

Чжоу Цзышу принёс бессознательного Вэнь Кэсина в маленький городок у подножия Фэнъи уже глубокой ночью. Два дня тот провёл в забытьи, а очнулся настолько ослабевшим, что едва мог пить и есть. Лишь спустя несколько дней Вэнь Кэсин окреп достаточно, чтобы выдержать дорогу в Лоян. Чжоу Цзышу нанял повозку, но едва они пустились в путь, как заметили бредущих по обочине Гао Сяолянь и Чжан Чэнлина.

Последний ещё не оправился от череды потрясений. Завидев наставника, Чжан Чэнлин бросился к нему, плача навзрыд, икая и всхлипывая:

— Шифу… Цао-дагэ, он…

Гао Сяолянь с красными, опухшими от недавно пролитых слёз глазами молча стояла рядом.

— Я знаю, — вздохнул Чжоу Цзышу и успокаивающе погладил макушку ученика.

— Шифу… Я-я убил человека… — запинаясь, признался Чжан Чэнлин. — Убил человека…

Рука Чжоу Цзышу замерла.