Далекие странники (перевод новеллы)

Чжоу Цзышу озабоченно нахмурился:

— Что ты делаешь?

— Вокруг тебя… свет, — прошептал Вэнь Кэсин. — Я ловлю его, хочу рассмотреть.

Чжоу Цзышу слегка изогнул одну бровь. Скрестив руки на груди, он встал рядом с Вэнь Кэсином и прислонился к дереву.

— На самом деле… Сюэ Фаном тут даже не пахнет, верно?"

"Вэнь Кэсин продолжал улыбаться. Он снова ухватил пустоту, посмотрел на свои пальцы и разжал их, будто выпуская что-то из ладони. Голос Вэнь Кэсина по-прежнему был чрезвычайно тих, а дыхание походило на шорох тонкого шёлка, что может оборваться в любой момент:

— Как видишь.

— А что насчёт ключа?

— Я его потерял, когда сбросил с вершины горы, — прищурившись, медленно ответил Вэнь Кэсин.

Чжоу Цзышу повёл плечами, внезапно осознав дикую нелепость ситуации. Без ключа от Кристальной брони не было прока. Самые ярые участники сражения на горе Фэнъя в конечном итоге обратились в трупы, так и не узнав, что бились за бесполезные стекляшки.

— Три года я тайно поддерживал Сунь Дина, — прошелестел Вэнь Кэсин. — Как иначе этот безнадёжный придурок[473] смог бы соперничать с Призраком Висельника или Призраком Непостоянства?

— Потом ты приманил Сюэ Фана на наживку. Он украл ключ, и вялотекущая ссора троих сильнейших призраков переросла в открытую вражду.

Вэнь Кэсин беззвучно рассмеялся:

— У меня не было того, к чему они так стремились. Призраки всех мастей заинтересовались Арсеналом ещё тридцать лет назад... Но тогда Долина только набирала силу, и здешние обитатели не решились бросить вызов пяти великим кланам, хранившим фрагменты Брони.

Конец фразы Вэнь Кэсин договорил одними губами, а затем отвернулся и пару раз кашлянул, сплёвывая кровь. Равнодушно стерев с подбородка красные капли, он продолжил рассказ:

— Тридцать лет назад… госпожа Жун доверила ключ моему отцу. Отец думал, что при этом присутствовали всего трое. Госпожа Жун умерла на его глазах, а Лун Цюэ хранил тайну до самой смерти… Сложись всё именно так, в цзянху воцарился бы мир, верно?

— Был кто-то четвёртый? — быстро сообразил Чжоу Цзышу. — Это Чжао Цзин? В то время… он не имел никакого влияния, благородные кланы не стали бы говорить с ним. Поэтому Чжао Цзин тайно объединился с призраками?

— Хм, возможно… В любом случае все они мертвы, — холодно усмехнулся Вэнь Кэсин.

Помолчав, он протяжно вздохнул и сокрушённо отметил:

— Так глупо. Ни госпожа Жун, ни Лун Цюэ не открыли отцу назначение ключа — всё ради сохранения тайны. Отец считал, что это действительно важный предмет, который нельзя выбросить, потерять или уничтожить… Поэтому он увёз мою мать в затерянную среди гор деревушку. На целых десять лет… Увы, в год, когда мне исполнилось девять, деревня получила знамение грядущих бедствий. Сова…

— Хватит! — резко оборвал его Чжоу Цзышу.