Далекие странники (перевод новеллы)

Персиковая Бабушка завопила:

— Мо Хуайкун, ты в своём уме?!

Мо Хуайкун не стал церемониться и рявкнул в ответ:

— Это мой шичжи![301] И судить его поступки будет мой шисюн, глава школы меча Цинфэн! Кем вы, старые пни, себя возомнили? Думаете, мы станем слушать ваш никчёмный лай о том, как следует поступать?

Цао Вэйнин мысленно одобрил эти слова и обрадовался, что, несмотря на ужасный характер, шишу принял его сторону. Однако следом Мо Хуайкун произнёс:

— Прежде чем бить собаку, узнай, кто её хозяин!

И сердце Цао Вэйнина вновь умылось слезами.

Неожиданно встрял Фэн Сяофэн. Дёрнув за руку Гаошань-ну, глаза которого были туго забинтованы, он указал на Мо Хуайкуна и завизжал:

— Какая замечательная школа меча Цинфэн! Почему бы вам не поинтересоваться, что за добрые дела творил ваш драгоценный шичжи? Маленькая ведьма, с которой он прохлаждался, ослепила А-Шаня ядом! Если её не приведут ко мне, клянусь, я вырву глаза мальчишке Цао!

Мо Хуайкун собирался что-то ответить, когда сбоку раздался ледяной голос:

— Юная девушка, которая использует такой жестокий трюк… Наверняка, она из призраков. Считаю, нам необходимо выяснить, каким образом молодой господин Цао оказался заодно с этой сомнительной личностью.

Мо Хуайкун проглотил слова, которые собирался произнести до того, как его перебили. Теперь он пожирал Цао Вэйнина злобным взглядом. Последний несколько раз собирался с духом, прежде чем жалобно взмолиться:

— Шишу!

— Не смей так ко мне обращаться, — отрезал Мо Хуайкун пугающе холодным тоном.

Он подошёл и сгрёб Цао Вэйнина за грудки:

— О ком они говорят? Отвечай!

— Это… А… А-Сян! Но А-Сян не из плохих людей, шишу! А-Сян, она… А-Сян...

Персиковая Бабушка осклабилась:

— Ха! А-Сян? Называешь её ласковым прозвищем, до чего мило!"

"Чтобы вернуть разговор в нужное ему русло, Юй Цюфэн, который так и стоял в углу комнаты, поспешил вмешаться:

— Понятно, молодой господин пал жертвой женских чар. Если школа меча Цинфэн готова искупить вину и начать наше общение с чистого листа, мы можем простить вас. Мы ведь не банда жалких ограниченных разб...

— Я хочу выдавить мелкой твари глаза! — заорал Фэн Сяофэн, прежде чем Юй Цюфэн успел закончить фразу.

Непонятно, намеренно или нет, Дух Земли в момент разрушил почву, которую великий мастер Хуашань старательно готовил. Заскрежетав зубами от разочарования, Юй Цюфэн испытал жгучее желание втоптать карлика в землю.

Гао Чун, Чжао Цзин и настоятель Ци Му были заняты организацией похорон Шэнь Шэня, так что никого из них не было поблизости. Без лидеров неуправляемая толпа героев и проходимцев, собравшаяся в Дунтине, напоминала свару диких собак, готовых перегрызть друг другу глотки.

От шумихи у Мо Хуайкуна задёргалась щека.