Новая жизнь тихой Аннушки

Не стой, поторапливайся! – прикрикнул на него маркиз.

Меня провели в двери направо. Роскошно! Алый ковер под ногами. По периметру четыре зажженных подсвечника. Дорогой диван во всю стену, напротив него резной каменный камин. Лепнина под потолком.

Через минуту все закрутилось. Бегали и охали слуги. Полный холл гвардейцев, половина как будто со знакомыми лицами. Эти смотрят тревожно, с сочувствием. Другие с интересом, и еще перешептываются о чем-то.

Пришел лекарь. Сухой уставший старик с огромным саквояжем.

– Ваше сиятельство, – поклонился он бургомистру.

– Ее первую осмотри, – кивнул Вите в мою сторону.

– Что болит? – наклонился к моему лицу старик и улыбнулся.

– Голова. Спина немного.

– Посмотрим.

Он достал из саквояжа небольшой кувшинчик. Откупорил пробку и полил на руку. Поставил кувшин аккуратно на столик рядом и растер руки жидкостью. Затем вытащил из саквояжа тряпочку, обильно ее смочил и начал вытирать мне лицо.

– Ш-ш-ш-ш! Больно.

– Я знаю. Но следует потерпеть.

Я оценивала свое состояние на твердую троечку. Идти могу, значит, жить буду. Нужно только отлежаться несколько дней, и все пройдет.

– Господа, прошу удалиться. Мне нужно раздеть госпожу и обработать раны.

Молодец лекарь. Несмотря на чины, запросто выдворил и самого хозяина, и его высокопоставленного друга.

Служанка к тому времени принесла сложенную одежду. И после того как за Вите закрылась дверь, я начала стягивать с себя окровавленное платье.

– Кто это вас так? – проходя по порезам и ушибам тряпочкой с неведомой жидкостью, приговаривал лекарь.

– Плохие люди.

– На спине порез. Не глубокий, но надо шить.

Старик не спрашивал, а скорее констатировал факт, тем самым готовил меня к операции.

– Шейте, раз надо.

Я внутренне напряглась. Анестезии здесь нет. Как быстро старик управится?

Но он оказался скор. Не прошло и получаса, как он обматывал меня чистой тряпкой. Затем помог накинуть свежую одежду и позвал Вите.

– Раны обработал, одну зашил. На этом все. Госпоже нужно лежать несколько дней. Я зайду завтра, – поклонился он в конце.

Из рук Вите в руки старика перекочевал мешочек и скрылся за его поясом.

– Ты останешься у меня. Комнат достаточно. Приставлю к тебе служанку. И не спорь.

И в мыслях не было спорить. Я привыкла к людям, к тому, что редко остаюсь одна. А эти дни стали сущим наказанием. Да, меня окружала незнакомая толпа людей, но ни поговорить, ни погулять открыто я не могла. Только под покровом ночи в компании с Вите.

Я дождалась, пока лекарь осмотрит его и самого молодого герцога в королевстве, как тот сам представился. После чего лекарь распрощался. Служанка сообщила, что покои для госпожи готовы. И я позволила Вите с герцогом отвезти меня наверх.