Terra Nova. Строго на юг

– Большое спасибо.

Фуф, наконец-то! Отвык я что-то от африканских порядков, нервничаю много. А нервничать не надо, толку от этого не будет. Местные, если на них орать, могут упереться так, что и бульдозером не сдвинешь.

– Дэни!

– Месье?

– У тебя машина есть?

С гордостью кивает бритой головой:

– Конечно, месье!

– Замечательно. Отвези меня в какой-нибудь нормальный отель в городе. Китайцы тут гостиницы держат?

– Да, месье! И китайцы и индусы, но больше всего – ливанцы.

Ага, я вот даже не сомневался почему-то. К индусам не хочу, «плавали – знаем», ливанцы вообще-то могут вполне приличные места держать, но антипатия у меня на них, так что…

– Давай к китайцам, а там разберемся.

Конго, Лумумба, проспект Либертэ, отель «Хуанг Донг»

Да уж, это вам не Виго. Да какой там Виго, это вообще иная вселенная, по сравнению с этим даже Мандела-Сити покажется вполне приличным местом, а уж Ситьо-де-ла-Луз – и вовсе недостижимый идеал. Поездки из аэропорта на служебном джипе Дэни мне хватило для формирования твердого убеждения – «из гостиницы ни ногой». Дело даже не столько в опасности. Конечно, увиденная из окна машины сцена забивания ногами и палками какого-то окровавленного негра («вора поймали, а если бы колдуна – то жгли бы, а не били», – равнодушно пожал плечами Дэни) оптимизма в этом плане не добавила, но, в конце концов, видал я в жизни вещи и похуже. Нет, дело в общем угнетающем впечатлении, которое производит конголезская столица. Даже в «настоящем», заленточном Конго (большом в смысле, маленькое-то поприличнее) все не настолько плохо.

Широкий пояс невероятно нищих и загаженных трущоб, где убогие домишки обитателей, судя по всему, слеплены из навоза и прелой соломы, за которым следуют не менее грязные центральные кварталы. Трех-пятиэтажные узкие бетонные коробки, жмущиеся вплотную друг к другу; никогда не асфальтировавшиеся дороги, на которых может утонуть в грязи не то что джип, но и грузовик; забитые мусором и нечистотами канавы с копошащимися в них свиньями (каждую свинью охраняет пацаненок лет десяти-двенадцати, вооруженный здоровенным мачете)… и сидящие на низеньких табуретках у своих магазинов ливанцы и индусы, философски пускающие сигаретный дым в низкое, загроможденное тяжелыми тучами небо.

На вопрос: «А сколько вообще в городе народу живет?» – Дэни (который, напоминаю, не просто случайный оболтус с улицы, а лейтенант местной «сигуранцы») задумчиво почесал бритый затылок и неопределенно хмыкнул:

– Говорят, тысяч триста, месье. Или пятьсот. Где-то так, в общем. Ну это без трущоб – там-то никто их не считает. Миллион или два всего, наверное."

"Ага. Как говорится, вопросов больше не имею.