Ноттингем

Сойер отвязывает Эльзу и, достав из кармана куртки мяч, бросает его вперед. Радостно взмахнув хвостом, собака с рычанием несется за игрушкой.

Я сворачиваю к детской площадке и, стряхнув тонкий слой снега с деревянного гимнастического бревна, сажусь на него. Вдохнув полной грудью, я выдыхаю облако пара и вместе с этим чувствую болезненную ностальгию. Этот миг больше никогда не повторится. Через год мы будем студентами, которые приезжают домой только по праздникам.

– Поверить не могу, что скоро мы уедем отсюда. Столько воспоминаний. Помнишь войну снежками средней школы против старшей? Мы были младше, но все равно выиграли. А как ты учил меня кататься на коньках? Или как целое лето в младшей школе никто из девочек не подходил к озеру, потому что Джексон Моррис сказал, будто бы девчонки беременеют, как только заходят в эту воду."

"– Джексон сам в это верил, потому что это первое, что ляпнул его папа, когда он спросил, откуда у мамы в животе взялась его сестра.

Улыбнувшись воспоминаниям, я делаю долгий глоток кофе.

К нам подбегает Эльза, и Сойер снова бросает мяч. Я не могу долго сидеть на одном месте, поэтому забираюсь на гимнастическое бревно и медленно прохаживаюсь по нему.

– Может, скажешь уже, в чем дело, Райли?

Взглянув на него сверху вниз, я останавливаюсь.

– Ты о чем?

– Я же вижу, тебя что-то мучает. Рассеянна, мало болтаешь и почти не задаешь вопросы, а это значит, что мысли заняты чем-то другим.

Прикусив губу, я притопываю носком кроссовки, раздумывая. Когда я говорю родителям о том, что делает Фелис, они считают меня импульсивной, а мои аргументы глупыми. Не знаю, то ли в силу возраста, то ли из-за чувства жалости к ней, а может, она и вовсе загипнотизировала их. Но все каждый раз выворачивается по одному сценарию: я – агрессор, жертву Фелис жалеют, а меня просят пойти в комнату и подумать над своим поведением.

Порой мне кажется, что родители хотели бы именно такую дочь, как Фелисити, которая не ходит на свидания, ведет себя хорошо и без напоминания сама убирается и моет посуду. Я потихоньку начинаю чувствовать себя ненужной везде. Раньше мне казалось, что девчонки в школе не смогут прожить и дня, не обсудив, во что я одета. Я была главной темой обсуждений, была важна, все хотели узнать мое мнение и понравиться мне. А сейчас кажется, что, если я вдруг исчезну, никто и не заметит. Даже Сойер.

И я до жути боюсь, что Сойер, услышав мои аргументы, займет такую же позицию, что и родители. Нашего «мы» больше нет, и я уже не уверена, что он готов отменить Фелис в нашем мире просто потому, что я попрошу об этом.

– Ладно. Фелис сводит меня с ума. Тебе не кажется странным, что она полностью копирует меня?

– Честно говоря, нет, в Ноттингеме большинство девушек мечтает походить на тебя.