Ноттингем

Что мне с ней делать? Если показать на нее пальцем с криком «обманщица», никто не поверит, даже мама считает Фелисити ангелом. Нужны доказательства.

С неба падают первые хлопья снега, и я не могу не улыбнуться. До Рождества еще целый месяц, но мне уже хочется украшать дом и пересматривать любимые рождественские фильмы. С этой приятной мыслью я заворачиваю за угол и взвизгиваю, потому что на меня летит лохматое рычащее чудовище. Монстр. Мелькают клыки, толстые лапы толкают меня в живот, и я заваливаюсь на газон, закрывая голову руками и убеждаясь в том, что демоны существуют, а все, что написано в фэнтези-романах, реально!

– Райлс, – слышится издалека голос Сойера. – Все хорошо, она не кусается.

Я слышу тяжелое дыхание того, кто не кусается. Что-то влажное, теплое и шершавое проскальзывает по тыльной стороне моей ладони. Медленно отвожу руки от лица: передо мной черный влажный нос и два любопытных глаза. Чудовище оказалось не монстром, а собакой. Поистине огромной.

– Эльза, ко мне!

– Эльза? – повторяю я, глядя на капающую из пасти слюну. – Разве тебя не должны звать Годзилла или Бугимен?

Будто желая доказать статус настоящей леди, Эльза присаживается, словно в реверансе, и только спустя пару секунд до меня доходит, что она не показывает хорошие манеры, а просто писает. Рядом со мной."

"Перевернувшись на спину, я вижу Сойера. Поправив капюшон, он перекладывает поводок из одной руки в другую и протягивает мне ладонь. Не двигаясь, я какое-то время просто любуюсь им на фоне падающего снега. Завораживающая картина. Я бы не отказалась получить в подарок на Рождество такую гифку.

– Не ушиблась?

Качнув головой, я протягиваю руку. В его горячих пальцах мою замерзшую ладонь покалывает, и это приятное ощущение сначала распространяется вверх по руке, к плечу, а затем и по всему телу.

Сойер поднимает меня на ноги. Эльза увлеченно нюхает мои кроссовки, и мне начинает казаться, что я все еще сплю.

– Откуда у тебя собака?

– Это Митча. Его младший брат Эдриан как-то нашел щенка в коробке у дороги и притащил домой. Они не думали, что вырастет демоверсия медведя.

– Сложно представить, – бормочу я, глядя на лохматую морду, – что когда-то она была маленького размера.

Сойер обходит меня и отряхивает спину, а я, к своему стыду, очень сильно надеюсь, что у меня грязная не только спина, но и все, что находится ниже нее.

– Митч приехал рано утром, чтобы оставить детей у нас, мы собирались съездить за продуктами, пока нет очередей. Но дети устроили истерику, отказываясь оставлять Эльзу дома одну в семейный праздник.

Эльза снова присаживается, и следом раздается громкое журчание с напором, как из пожарного гидранта.

– Ей очень идет это имя.

– Моне семь, и она фанатка «Холодного сердца».