Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Формулки, циферки, валентность – сам черт ногу сломит. С Уголовным кодексом то же самое. Пока тебе преподаватель не разжует, в какой момент преступление окончено, сам ты не догадаешься.

– Андрей, почему Шершнева именно в праздник решила подружку прихлопнуть? Другого подходящего момента выбрать не могла? – спросил мгновенно забывший про УК следователь.

– Валю давно глодало чувство вины. По ее милости Волков лишился дара «оживлять» картины. Она его соблазнила, стала его первой женщиной, вот Паша и спустился с небес на землю. Я заинтересовался этим феноменом, нашел книгу с биографиями известных художников и выяснил интересную вещь. Некоторые гении эпохи Возрождения избегали близких контактов с женщинами, а другие, наоборот, были похотливы сверх меры. Леонардо да Винчи был девственником, а Рафаэль ни одной юбки мимо себя не пропускал и умер в расцвете лет от сифилиса. Паша Волков – из когорты Леонардо да Винчи, ему от плотских утех надо было в стороне держаться, а он не устоял. Когда у Волкова пропал дар, он почувствовал себя дураком: признаться-то, что переспал с Шершневой, он не мог, вот и выдумал эту историю с Осмоловским.

– Ну и что с того, что он переспал со страшненькой девушкой? Начинать-то с кого-то надо, – философски заметил Меринов. – Не жениться же он на Шершневой собирался.

– Это тебе по фигу, кого пьяным в кровать тащить. Утром проснешься – все на водку спишешь, а для молодого человека быть осмеянным за выбор интимной подруги – это трагедия…

Я бы дальше развил мысль, но Садыков не дал.

– Вернемся к 7 ноября, – потребовал он.

– Шершнева увидела, что Кутикова что-то впрыснула в бокал Каретиной. Выпив шампанского, Луиза стала засыпать, и ее отвели в спальню. Через некоторое время Шершнева потормошила Каретину, убедилась, что та не реагирует, и решила покончить со всеми проблемами разом. Кортик лежал в тумбочке напротив входа в спальню. Шершнева весь день курсировала из зала на кухню. В какой-то момент она взяла оружие, вошла к Луизе и прикончила ее. На кухне привела себя в порядок, вернулась к гостям, выпила коньяка, расслабилась и стала с Чистяковым заигрывать.

– На нее так никто и не подумал? – спросил Меринов.

– Никто. Все на Кутикову грешат.

– Ну что же, – вздохнул следователь, – если у нас нет другого пути, то рассказывай, что тебе надо для постановки пьесы-реконструкции.

– Первое: ваше участие. До самого финала вы будете статистами, а после признания Шершневой я отдам ее вам в руки. Второе: мне нужно большое помещение. Спортзал, например. Третье. Тут я, Федор, без твоей помощи не обойдусь. Мне надо будет собрать всех участников пьесы к определенному времени. Я составлю список, пошлю своих оперов, а ты пошли своих.