Загадка номера 622

Сотрудники банка толпились перед эстрадой в глубине зала, где с минуты на минуту должны были появиться члены совета.

Вошел Макер в костюме-тройке. Он был неотразим. Официант предложил ему шампанского. Макер взял бокал, выпил его залпом и немного успокоился. Потом нырнул в радостно гудевшую толпу. И выпил второй бокал шампанского, чтобы придать себе уверенности.

Но тут все смолкло – на эстраде стояли Синиор Тарногол, Орас Хансен и Жан-Бенедикт Хансен. Орас подошел к микрофону:"

"– Дамы и господа, совет Эвезнер-банка принял решение. Мы избрали нового президента и имеем честь сообщить вам…

Он умолк на полуслове, потому что в этот момент какой‐то человек в зале упал в обморок, увлекая за собой скатерть и груду посуды. Гости бросились к нему, попросив сотрудников отеля вызвать врача. В зале воцарилась тревожная тишина.

– Все в порядке? – спросил Орас в микрофон, не очень понимая, что делать.

Затем еще кто‐то из гостей почувствовал недомогание и растянулся на полу. Следом за ним второй, и пошло-поехало. Они вырубались один за другим, хрипя и хватаясь за живот. Через несколько мгновений уже добрая половина зала корчилась в страшных приступах рвоты.

Глава 39

Черная полоса

15 лет назад

В начале ноября первый снег уже запорошил улицы Вербье. Морозы установились надолго.

Лев подъехал к “Паласу” и с растроганной улыбкой посмотрел на его импозантный фасад. Прошло уже три месяца с тех пор, как он переехал в Женеву. Он часто возвращался на выходные в Вербье навестить отца и месье Роза.

Лев вошел в просторный холл отеля, и Роз, завидев его, закричал:

– А, блудный сын!

Каждый раз владелец отеля встречал его как героя.

– Добрый день, месье Роз, – поздоровался Лев, немного смущенный этим всплеском эмоций.

– Следуй за мной, у меня для тебя хорошие новости. – Роз затащил Льва к себе в кабинет и приготовил ему кофе. – Держу пари, ты ни за что не догадаешься, кто приходил ко мне на той неделе. Абель Эвезнер! По поводу Большого уикенда. Ну, в общем, мы поболтали о том о сем, и он так тебя хвалил, просто дифирамбы пел!

Роз, похоже, был в восторге – ничуть при этом не удивляясь – от стремительного восхождения своего протеже. Он невольно испытывал отцовскую гордость за Льва, считая, что тоже внес вклад в его успехи.

– Я там оказался не у дел, – сразу же объявил Лев. – Думаю, на меня ополчились служащие банка, так что теперь я исполняю обязанности стажера.

– Я в курсе, – кивнул Роз. – Абель мне все рассказал. Отец Эвезнер, судя по его словам, весьма старомоден. И к тому же серьезно болен. У него отказывают почки и…

– Старик Огюст вечен, – перебил его Лев. – Он уже сто лет на ладан дышит.

– Ты дашь мне договорить? – прикрикнул на него месье Роз. – Старик Огюст при смерти. Это вопрос нескольких недель.