Загадка номера 622

Это была его бутылка! Он с ужасом убедился, что она почти пуста.

Половина гостей выпила отравленную водку.

Глава 38

Объявление результатов

Суббота, 15 декабря, накануне убийства

Без двадцати семь все еще пребывали в добром здравии. Коктейль в бальном зале “Паласа” проходил в приятной непринужденной обстановке. Макер и Жан-Бенедикт, стоя поодаль, внимательно наблюдали за собравшимися и вскоре убедились, что никто не отравился.

– Ложная тревога, – с облегчением объявил Макер. – Все в порядке.

Но Жан-Бенедикт был сам не свой.

– Все в порядке? – вскрикнул он. – Откуда такая уверенность? Возможно, яд подействует чуть позже. – Он погрозил ему пальцем. – Предупреждаю тебя, если все эти люди умрут…

– Действие яда проявляется, по идее, менее чем за четверть часа, – перебил его Макер. – Они уже давно бы сдохли! Наверное, бармен добавлял в коктейль такие крохотные дозы, что они оказались безвредны.

– Смертельный яд смертелен даже в малых дозах! Ты совсем спятил!"

"– Как ты не понимаешь, – защищался Макер. – Тарногол представляет угрозу для банка. Ты не в курсе и сотой доли всей этой истории.

– Единственная угроза, которую я вижу, это ты, Макер. И не вздумай впутывать меня в свои делишки. Все кончено, ты меня слышишь? Левович избран! Он президент! Что ты собираешься предпринять? Взять пистолет и убить его у всех на глазах?

С этими словами Жан-Бенедикт направился к выходу.

– Куда ты? – сухо спросил Макер.

– В Альпийский салон. Тарногол и отец, должно быть, недоумевают, куда я делся. И потом, мне совсем не хочется, чтобы все вспомнили, когда случится беда, что видели нас вместе. Ты пойдешь ко дну в гордом одиночестве. Все эти годы ты сам был своим злейшим врагом. И президентом не стал исключительно по собственной вине.

Жан-Бенедикт ушел. Макер подумал, что он абсолютно прав – ему некого винить, кроме себя. Через двадцать минут Левовича объявят президентом. А он станет всеобщим посмешищем не только в банке, но и во всей Женеве. Кроме того, его сочтут изменником, намеревавшимся сдать своих клиентов иностранным налоговым органам. P-30 его не спасет. Более того, P-30 сотрет его в порошок. Он погиб…

Макер, признав поражение, поднялся к себе. Вечернюю уборку уже сделали: горничная навела порядок в ванной комнате, стерев послание Анастасии на зеркале. Интересно, куда она делась. Да что там, все конечно. Но он знал, как надо поступить. Он думал об этом с прошлой ночи.

Макер вынул из гардероба костюм, сшитый на заказ для торжественной церемонии. Облачился в него. Прицепил золотые запонки. Надел свои самые дорогие часы, специально захваченные по такому случаю. Старательно завязал галстук и застегнул элегантный жилет. На внутренней стороне пиджака он попросил вышить “М. Э., президент”. Он печально поглядел на вышивку.