Загадка номера 622

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что я дома, в Женеве, в своей постели. У меня все еще гудела голова после вчерашнего. Но голос Скарлетт быстро вернул меня на землю:

– Доброе утро, писатель, как спалось?

Она стояла в дверях с чашкой кофе. Ее волосы еще не высохли после душа, и от нее потрясающе пахло. Она с интересом посмотрела на меня.

– Вы часто разглядываете спящих людей? – спросил я.

– Я решила, что вы умерли, и пришла посмотреть, что происходит.

Она протянула мне чашку.

– Спасибо, – сказал я.

Я сделал глоток. Потом спросил ее, усмехнувшись:

– Скарлетт, почему вы так прекрасно пахнете?

– Потому что я приняла душ. Вам нужно встать и последовать моему примеру, через полчаса у нас встреча с Армой.

Мы договорились увидеться с ней в кафе на углу проспектов Альфреда Бертрана и Пешье, в двух шагах от меня. Когда мы пришли, она уже сидела на террасе в полном одиночестве. Это была ухоженная женщина с милым лицом.

Я сразу понял, что Арме неловко.

– Почему соседка заговорила обо мне? – спросила она с тревогой.

– Она сказала, что вас лично коснулись те события, – объяснила Скарлетт. – По крайней мере, вы главный их очевидец, и нам необходима ваша помощь.

– Чем я вам могу помочь?

– Нам хотелось бы понять, что могло случиться в номере 622, – сказал я.

Арма внезапно погрустнела:

– Это мучительная история, и я бы предпочла вообще выкинуть ее из головы… Знаете, мне очень нравился Макер Эвезнер.

– Соседка считает, что вы любили его, – осмелился уточнить я.

– Это правда. – Арма опустила глаза. – Мне так тяжело было расставаться с ним. В сущности, я сама стала в каком‐то смысле жертвой обстоятельств. Не проходит и дня, чтобы я не думала о нем. После всего этого кошмара мне пришлось начинать с нуля. Искать работу. Теперь я убираю офисы по ночам.

Она умолкла. Скарлетт мягко подбодрила ее:

– Расскажите нам о днях, предшествовавших убийству.

Вместо ответа Арма вытащила из сумки альбом в картонном переплете, куда она вклеивала вырезки из газет тех лет. И смущенно добавила:

– Я живу только прошлым…

– Как все, – успокоил ее я. – Так легче выжить.

Она кивнула. Потом решилась:

– Все тогда посходили с ума. За неделю до этого несчастного Большого уикенда в газете написали, что Макер Эвезнер будет избран на пост президента, но я‐то видела, что дома все не слава богу. Макер страшно волновался. Твердил о каком‐то мисье Тарноголе, который вставлял ему палки в колеса.

– Макер Эвезнер говорил о Тарноголе?

– Всю неделю до самого убийства я часто слышала это имя. В то время я понятия не имела, что происходит. Я узнала все позже, как и все остальные, из газет.

– Соседка уверяет, – сказал я, – что у Анастасии, жены Макера, был любовник.

– Да, это правда, – подтвердила Арма.

– А кто?

– Лев Левович.