Ночная

Если бы он действительно занимался только Облаком, то услуги по установке защитных контуров, отпеванию мертвецов, продаже саванов и тысячи мелочей, незаменимых в жизни образцового прихожанина, пришлось бы оказывать кому-то еще. Но это — деньги, а деньги — это власть. А где власть, там гораздо больше амбиций, чем прекрасных порывов души и искреннего благородства.

- И что лорд Эйден решил предложить? — спросила я.

- Ничего, — признался Раинер, и его лицо преисполнилось той самой запредельной, невозможной честности и внимательности, за которые хотелось не то отдубасить его хорошенько, не то выложить как на духу все оставшиеся тайны и секреты (а их, прямо скажем, осталось совсем немного). — Ирейе нечего предложить. Да, Тангарре нужны и технологии, и экологи, и от целителей лично я бы не отказался. Но это — я. А Патриарху невыгодно даже признавать существование такой возможности. Долгие годы тангаррцам внушали, что планету вообще невозможно покинуть, и если вдруг выяснится, что это как раз запросто… — он хмыкнул, болезненно скривив губы. Да, для него самого эта новость была изрядным шоком. А что, если о такой возможности узнают необразованные бедняки? — Поэтому, по совести, Ирейе остается только бессовестный шантаж — а потом очень, очень осторожные диверсии. Лорд Эйден рассчитывает на то, что с Патриархом удастся договориться, если привлечь к делу кого-нибудь… несгораемого. А к моменту, когда власть над храмом перейдет к преемнику, существование альтернативы должно стать очевидным, по крайней мере, для самых недовольных слоев населения.

- Так вот на что ты согласился… — севшим голосом протянула я.

Диверсии. На Тангарре. Нет, если задуматься, одно его появление с целой и невредимой рукой после того, как весь Нищий квартал видел его после боя с нахцерером, уже тянуло на тихую диверсию, призванную пошатнуть авторитет храма, но…

МагПро и Орден Королевы определенно не теряли времени даром.

- Это моя родина, Бланш. Я могу думать что угодно про Верховного Патриарха, портить защитные литании епископа и бить по морде графа, но, помимо них, на Тангарре проживает около миллиона человек, и все они думают, что солнечный свет — это повод для праздника. Из-за горстки жлобов, готовых жить под вечным дождем ради пары сундуков со скарбом.

- И ты решил устроить вялотекущую революцию, — на диво спокойно произнесла я.

Раинер улыбнулся — не очень уверенно, но мягко и светло. Так, что все вопросы (кто вообще до этого додумался и как протолкнул эту самоубийственную идею Совету Ариэни?!) отпали сами собой.

Да, этот — мог. Причем именно в такой форме, поставив всех перед фактом: иначе нельзя. Все равно придется, но если начать сейчас, число жертв (и средств на силовое урегулирование конфликта) сведется к минимуму.