Ритуал последней брачной ночи

— Мне кажется, вы меня недооцениваете, — барабаня пальцами по рулю и глядя прямо перед собой, сказал Рейно. — И ситуацию тоже.

— Я подумаю над вашими словами…

— Мне продолжать наблюдение за объектом?

— Если вас не затруднит.

— Если вас не затруднит выплачивать мне деньги вовремя, — ввернул Рейно. И все испортил.

— Меня не затруднит, — сжав зубы, сказала я.

— Тогда договоримся о связи. Это очень… ebaratsionaalne… нерационально — все время ловить вас в этой кишке.

Я улыбнулась. «Ebaratsionaalne» — любимое эстонское словечко Монтесумы с ударением на его первую часть. «Ebaratsionaalne» — увесистая дубинка для особо наглых клиентов из прошлой жизни. Достойный ответ на истерики Стаса Дремова, теряющего лакомый процент. Как она там, отважная Монтесума-Чоколатль?.. Сегодня же нужно будет заехать в «Севан»…

— Что будем делать со связью? — повторил Рейно.

— Я в бегах. Вы знаете. Телефона у меня нет…

— А здесь? В том доме, где вы живете?

Рейно остервенело почесал затылок.

— А этот ваш черный приятель из кафе? Вы ведь там бываете?

— В определенное время?

— Да. — Скрывать очевидное было бессмысленно.

— Очень хорошо. Вы будете там сегодня?

— Если случится что-нибудь неординарное, я подъеду.

Я выскочила из машины и направилась в сторону Сергуниного подъезда.

…Квартира «тяпа-осеменителя» встретила меня яростным стуком пишущей машинки. Я аккуратно прикрыла Дверь и на цыпочках двинулась в комнату. И остановилась на пороге, перед канатом, перегораживающим комнату. На канате болталась картонка: «НЕ МЕШАТЬ!»

А в самом импровизированном магическом кругу в одних веселенькой расцветки семейных трусах восседал Сергуня. Его позвоночный столб сотрясала дрожь, а голова дергалась в такт каждому удару по клавише. Восхитительная картина, ничего не скажешь. Жаль только, что не я явилась причиной такого острого приступа вдохновения. Подтянув к себе телефон, стоящий на полу, я отправилась на кухню.

Мне даже не нужно было вынимать банкноту из кармана.

Чувствуя пустоту в желудке, я набрала заветные семь цифр.

— Средняя школа № 113, — ответил мне чей-то хорошо поставленный математический (или физический, или химический, или начальных классов) голос.

Твою мать, что это еще за школа № 113?!

Я бросила трубку и, подумав секунду, все-таки вынула двадцать потертых шиллингов. Нет, ошибки быть не могло: «5101968».

Что ж, попробуем. Еще раз. И я снова набрала номер, тщательно контролируя каждую из цифр.

— Средняя школа № 113, — ответил мне тот же голос. Я в нерешительности замолчала. И мое молчание было истолковано самым удивительным образом.

— Если ты, подонок, скажешь, что школа заминирована, я тебя из-под земли достану!!! И голым в Африку пущу.