8 дней, 9 ночей (СИ)

Топливо закончилось, самолет превратился в гигантский планер.

А затем где-то что-то коротко щелкнуло и через пару мгновений часть приборов вновь засветилась.

- Мэйдэй, мэйдэй, мэйдэй! – донесся до меня голос капитана. – Аэрофлот двадцать четыре пятьдесят один. Отказали оба двигателя, перешли в планирование. Повторяю, отказ обоих двигателей!

- Смоленск-север, подход. Двадцать четыре пятьдесят один, вас понял! Удаление сто десять. Освобождаем для вас зону аэропорта, даю экстренный и аварийный приоритеты. Есть ли возможность контролировать планирование? Сколько человек на борту?

- Двадцать четыре пятьдесят один. На борту сто двадцать шесть человек. Псевдотурбина питает основные электро- и гидросистемы. Пока сохраняем контроль над планированием.

- Смоленск-север, подход. Принял, пятьдесят первый. Правый поворот на ноль шесть ноль. Плавно снижайтесь, следите за скоростью. Коридор ваш, полоса ноль восемь.

- Ноль шесть ноль, полоса ноль восемь, принял.

Пока происходили все эти переговоры, я, сверяясь с показаниями приборов, лихорадочно старалась посчитать, хватил ли высоты и скорости, чтобы дотянуть до аэропорта, но второй пилот управился с этими расчетами значительно быстрее меня.

- Должны дотянуть до полосы. Запас высоты и скорости достаточен. Сейчас на семи тысячах. На каждые десять километров будем терять по шестьсот метров высоты.

- Понятно. Следи за скоростью и уточни удаление до аэродрома, – сказал капитан и снова повернулся ко мне. – Сожалею, Ксения. Посадка обещает быть жесткой…

- Я догадываюсь, – пробормотала я в ответ, не чувствуя собственного сердца и осознавая, что быть может этот полет станет последним в моей жизни.

Однако капитан вел себя уверенно, и его твердый взгляд немного придал мне сил.

- Мы сделаем все, что возможно, – добавил он. – Вряд ли на испытаниях имитировали подобные ситуации, не так ли?

- Такого практически никогда не происходит, – сказала я, стараясь, чтобы голос при этом не дрогнул. – Но конструкция допускает планирование, а псевдотурбина будет питать системы от набегающего потока. По крайней мере самолет не лишился основных элементов управления…

- Это самое главное, – произнес капитан. – У нас нет права на ошибку. Шанс приземлиться есть только один.

- Я верю, что вы сможете… – сказала я, делая попытку улыбнуться.

- Если вас не затруднит, побудьте здесь на всякий случай. Перед приземлением вы успеете занять свое место.

- Да, разумеется, – ответила я, поднимаясь. – Я отойду лишь на пару минут.

- Конечно. И предупредите пожалуйста старшую бортпроводницу. Пусть начинают готовить салон к аварийной посадке.

- Непременно. Я скоро вернусь.