Ночь со зверем

— Мне нужно быть уверенным, что ты сможешь подхватить дела. И у тебя на почте документы по Айвори.

Он замер, глядя на наполняющуюся чашку.

— Перезвони Гранту, — отозвался вдруг. — Он правда почему-то о тебе переживает…

Я проследил за ним, пока он удалялся из кухни, вспоминая странные слова Сезара о том, что я не должен пропасть без вести… тоже. Чашка уже давно была полной, а я все ковырял эти его слова и то, как они отзываются во мне.

— Черт, — процедил, когда рука дрогнула, и кофе выплеснулось на кожу.

В этот момент мимо кухни проскользнула Айвори, но восторженный писк ребенка разрушил ее планы остаться незаметной и мои — не заметить. Я только прикрыл глаза, сжимая кулаки. Рука болела недостаточно сильно, потому что жажда выжигала внутри все гораздо болезненней. Каждое ее касание оставляло на коже шрамы. Она не видела, но я чувствовал, как они оплавляют душу… и хотел еще. Я бы собирал коллекцию ее прикосновений, царапин и слов… Когда сойду с ума окончательно, это будет все, что мне останется….

Я развернулся и направился к камину, стараясь не дышать, но взгляд сам зацепился за девушку в лучах раннего утра в окне гостиной. И я не смог отвернуться. Наверное, это последнее, что хотелось бы увидеть. Мне казалось, сердце остановилось, а я продолжал смотреть, как Айвори стоит на тропинке, прижимая к себе ребенка, и улыбается. Я ведь никогда не видел ее улыбку…

В горле пересохло, а в груди разлилась тупая боль, и сердце разогналось так, будто в меня снова кто-то выстрелил. Как может быть и жизнь, и смерть — в одном? Протяни руку и живи. Или уйди и сдохни…

Соврать себе, что могу принять? Это будет верхом эгоизма. Я слишком долго жил в лесу один, да и сейчас вел такую жизнь, что отыскать в себе человека будет сложно. Я — убийца, зверь… И нет во мне ничего, что бы мог предложить Айвори. Это странно, но желание найти ее было таким всепоглощающим, что вопроса присвоить ее или нет не стояло еще пару дней назад.

Но сейчас все поменялось. Даже если сил хватит только на один рывок подальше от нее, я это сделаю. Скоро…

«Я уберусь с твоих глаз, девочка… И ты сможешь жить спокойно. Я об этом позабочусь».

Только перед глазами вдруг потемнело, пальцы ощерились когтями, и я упал на колени, чувствуя, что меня сейчас вывернет наизнанку. Это не было похоже на оборот, скорее — на смерть. Легкие сдавило, сердце забилось где-то в горле, тяжело вырывая себе каждый удар… Я не мог сделать вдох, только хрипеть… Перед глазами потемнело, но тут послышался женский вскрик и мое имя, снова и снова. А я даже не мог рявкнуть ей, чтобы бежала — рот наполнился клыками.

— Эйдан! — Она обхватила мою голову, касалась везде снова и снова. И это будто поставило смерть на паузу.