Ночь самой дорогой любви

Было видно, как он старается сдержать гнев, усмирить ярость, но попытки неудачны: движения резки и безотчетны, голос подрагивает, глаза, мечут молнии.

— Ты хотя бы не забыл о данном тобой обещании? Его нельзя нарушить. Все уже готово. Ты же не хочешь сказать, что передумал? Что станет с…

— Я люблю её…

53. Макс

Рука, гладившая волосы дрогнула и замерла. Лика подняла голову и взглянула на меня своими кошачьими глазами. Моя.

— Почему ты улыбаешься, что, выиграл миллион в лотерею? — маленькая снова прикрыла глаза и улеглась удобнее, теснее прижавшись к моему плечу.

Лучше, девочка. Гораздо лучше.

Говорят, счастье — это момент, когда хочется находиться именно здесь и сейчас. Здесь и сейчас. Я зажмурился. Здесь. Сейчас. Она будет моей.

— Лика.

Она подняла голову и оперлась подбородком о мою грудь, подложив маленькую ладошку.

Я люблю тебя.

Она молчала, но глаза стали серьезнее, взор взволнованнее, дыхание чаще.

Взгляд из под ресниц, и легкое поглаживание пальцами по щеке.

— Ты красивая.

Не сейчас. Позже. Сначала надо уладить вопрос с…

— Ты красивый.

Мне показалось, или она побила меня моим же оружием?

Иди сюда.

Притянул девочку ближе, коснулся губ. Еще. Настойчивее. Печать. Клеймо. Она моя. И я её.

Пальцы вдоль позвоночника, молния в стороны. Нетерпеливые руки на груди, пуговицы по полу — так быстрее, проще. Она мне необходима, как воздух, как дыхание.

В унисон, вместе, плавное движение. Толчок. Затуманенный взгляд, озверевший разум. Сильнее. Пальцы крепче, выпады жестче. Нежная рука на спинке кровати, простынь в комок. Хриплый стон. Заглушил. Еще один.

Да, девочка, я тоже скоро.

Стиснул до боли, вскрикнула, выгнулась, приникла. Замерла.

Удары сердца в ушах, в горле. Грудь вздымается, дыхание щекочет кожу.

Сжал. Хочу раствориться. Чтобы навсегда. Она это я. И я в ней.

Взгляд в глаза. И то, что раньше не мог, сказал.

И она.

Жаль, что на таблетках…

Взгляд из под ресниц, и легкое поглаживание пальцами по щеке.

Говорят, счастье — это момент, когда хочется находиться именно здесь и сейчас. Здесь и сейчас. Я зажмурился. Здесь. Сейчас.

54. Лика

Малиновская разгладила несуществующие складки на талии своего кремового платья и обернулась ко мне.

— Лика, да ты вся светишься! Неужели нашелся тот волшебник, что сделал тебя счастливой?

Я опустила голову, чтобы скрыть рвущуюся наружу улыбку. Она меня поймала. Неужели выдал мой мечтательный взгляд. Мурашки по коже от воспоминаний о минувшей поездке. Впервые в жизни чувствую себя такой. Окрыленной.

Максим стал для меня как воздух. Хочется каждую секунду вдыхать его запах, растворяться в этих нежных, настойчивых прикосновениях, ловить его горячее дыхание губами. Пришлось тряхнуть головой, чтобы отвлечься от будоражащих кровь воспоминаний.