Ночь наслаждений

Ей не следовало подслушивать, но она ничего не могла с собой поделать. Дело не столько в том, что именно он скажет. Она просто хотела слышать его голос.

Письмо было от ее сестры Шарлотты, и оно немного запоздало, поскольку лежало на почте, в том здании, откуда Энн предпочитала забирать почту задолго до того, как уехала в Уиппл-Хилл. Но она не заходила туда с тех пор, как в панике вбежала в магазин обувщика. Прочитай она это письмо до того, как, кажется, встретила Джорджа Кервеля, не просто испугалась бы. Испугалась бы до смерти.

Судя по словам Шарлотты, он снова приходил к ним, на этот раз когда мистера и миссис Шоукросс не было дома. Пытался уговорить ее сказать, где живет Энн. Потом взбесился и орал, пока не вбежали слуги, боявшиеся за безопасность Шарлотты.

Потом ушел, но не раньше, чем узнал, что Энн служит гувернанткой в аристократической семье, и поскольку сейчас весна, вполне возможно, находится в Лондоне. Шарлотта не думала, что он знает, в какой именно семье служит сестра, иначе вряд ли потратил бы столько усилий, пытаясь вытянуть из нее ответы. Все же Шарлотта беспокоилась и умоляла Энн быть осторожнее.

Энн смяла письмо и повернулась к жаровне, где горел крошечный огонек. Она всегда сжигала письма Шарлотты после прочтения, хотя это было очень больно. Эти тонкие листочки бумаги были единственной связью с прошлой жизнью. Очень часто она сидела за маленьким письменным столом, смаргивая слезы и обводя указательным пальцем буквы, написанные Шарлоттой. Но Энн не питала иллюзий относительно того, что ее частная переписка будет в полной безопасности, и понятия не имела, как объяснить содержание этих писем, если их вдруг обнаружат. На этот раз, однако, она с радостью бросила письмо в огонь.

Не с радостью, конечно. Очевидно, больше ей не доведется испытать радостей в этой жизни. Но она наслаждалась, уничтожая письмо, каким бы мрачным и яростным ни было это наслаждение.

Энн зажмурилась, пытаясь сдержать слезы. Ей почти наверняка придется покинуть Плейнсуортов. И она чертовски злилась из-за этого. Лучшей семьи она не знала. Сейчас она не заключена на острове, как в тюрьме, в обществе старой леди, не умирает от скуки. Не запирает дверей, боясь вторжения грубого старика, считающего, что должен обучать ее, пока спят его дети. Ей нравилось жить с Плейнсуортами. Здесь она чувствовала себя почти как в своем родном доме, чего не бывало с тех пор… как…

С тех пор как у нее был родной дом.

Она заставила себя дышать, с размаха вытерла слезы тыльной стороной ладони. Но когда уже была готова войти в холл и подняться по лестнице, в дверь постучали. Скорее всего, это Дэниел. Должно быть, что-то забыл.

Она снова метнулась в гостиную и прикрыла дверь.