Ночь над прерией

Скромная деревянная церковь, старые мелодии, убеждающая сила церемонии, притихшие прихожане — все это создало у нее благостное настроение, и она с вниманием слушала проповедь Элка. Он рассказывал о детях Израиля, каким тяжелым преследованиям они подвергались, какие опасности пережили.

Джо был в церкви вместе с Квини, потому что она его об этом просила. Для него имело большое значение быть каждый час с ней вместе. Когда служка обходил с блюдом, Квини положила ему целый доллар.

В середине дня у Элка появился до сих пор незнакомый ему Рассел. Будучи человеком практичным, он представлял себе здешние условия жизни и принес с собой на ленч китайскую закуску, надо было только подогреть ее, и у хозяйки готова великолепная пикантная еда. Кинги тоже с удовольствием подкрепились.

Квини все еще была словно в оцепенении. Ей было трудно понять, как это в такую ночь вдруг является призрак смерти и потом вдруг снова исчезает.

— И белые думают, — сказала она, — что они гораздо культурнее, чем мы, индейцы. Что, собственно, такое культура? Разве это не образ мышления и общения с другими людьми… а не только улицы и холодильники, электрогитары… и автоматические пистолеты?

— Это вопросы, которые индейцы постоянно нам задают, — произнес Рассел. — Они не так уж и не правы в этом.

Когда Квини и дети прилегли на часок поспать, а Стоунхорн с Элком и Расселом сидели перед домом, Расселл сообщил то, о чем не хотел говорить в присутствии молодой женщины:

— Дженни от них ушел. Они всё тут прочесали, но его не обнаружили. «Понтиак» конфискован, но «Бьюик» исчез… «Бьюик» Майка. Они повсюду сообщили, на все заправочные станции, всем полицейским патрулям. Боюсь, они этим ничего не добьются. Кто-нибудь его куда-нибудь так запрячет, что им и не догадаться. Впрочем, Майк мертв. Он так и не пришел в сознание и через несколько часов после этого так называемого праздника умер. Заметных людей его банды Дженни перестрелял. Этот молодчик не раз и своих собственных людей отправлял на тот свет.

Стоунхорн долго ничего не говорил, потом сказал:

— Сегодня после обеда я поеду с Квини назад в резервацию. Я хочу ехать днем.

— Не поехать ли мне с тобой? — сказал Рассел.

— Тебе? Твоя машина слишком тихоходна, а в нашей только два места.

— К тому же ты просто бережешь меня?!

— Будь осторожен, Джо.

— Кому ты говоришь это?

— Нет ли еще в Нью-Сити кого-нибудь, с кем бы ты мог возвращаться? Да, ты ведь что-то говорил об администрации резервации!

— Рассел, я хочу тебе сказать, что с меня хватит. Уже застрелены из-за меня полицейские, потом сторож… Так что ничего хорошего из этого не получается. Я должен ехать один.

— Она до сих пор не допустила ни малейшей оплошности.