Ночь над прерией

Через сломанную дверь и через полностью выбитые окна проникли полицейские, привлеченные стрельбой.

Они обнаружили убитого сторожа, о гибели его второй быстро им рассказал. Рассел был известен им как постоянный житель Нью-Сити. Джо хотя и был в глазах полиции понесшим наказание преступником, но в настоящий момент — король родео и, как прежде, без огнестрельного оружия. Рубашка Джо была в крови. Раз он сам все же не просил о помощи, никто в этот момент не стал проявлять о нем заботу.

Полиция получила приказ оцепить весь квартал, и в особенности уделить внимание необитаемым разваливающимся строениям.

Толпы завзятых танцоров и фанатов рассеялись. Только некоторые не могли уняться. Большой барак остался цел. Подиум и грубые столы, которые разнесли в щепки, не были серьезным ущербом для предпринимателя, как и разбитые бутылки и пролитое бренди. Инструменты «Ньют Битсов» были дорого застрахованы. Что было потеряно, так это человеческие жизни.

В то время как одни полицейские оцепили старый район и этим напугали обитателей новых домов, находившихся в старых кварталах, другие были заняты тем, что отвозили убитых и проводили идентификацию.

Стоунхорн и Рассел подошли к машине Рассела, вдвоем быстро смонтировали запасную шину и поехали к Элку. Рассел просил и Квини поехать туда, и он надеялся, что она это сделала.

Короткая летняя ночь уже переходила в утро. Когда автомобиль с его почти бесшумным мотором остановился у деревянной лачуги Элка на окраине города, он вряд ли разбудил кого-нибудь из окружающих жителей, но Квини сидела перед лачугой и ждала Стоунхорна. Она видела приближающийся автомобиль. Смуглое лицо молодой женщины было бледно.

Стоунхорн положил ей на плечо руку.

— Сегодня воскресенье, — сказал он. — Будем отдыхать.

Огнестрельные раны, полученные Стоунхорном, не слишком беспокоили его, он примирился с временной повязкой и слышать ничего не хотел о враче, но пообещал, что в понедельник, когда они снова будут в резервации, он пойдет к доку Эйви в больницу.

— Самыми тяжелыми были последние часы, когда я сидела здесь и не знала, что с тобой, — сказала Квини.

Стоунхорн мог бы сказать в ответ, что это еще не всё, что еще жив Дженни, но оставил это при себе, решив не волновать Квини.

Мимолетно вспомнил он и о Гарольде. Наверное, это и лучше, что парень исчез с горизонта, ушел от него.

Квини пошла к воскресному богослужению, которое Элк отправлял для бедных в маленькой деревянной церкви предместья. Это были прежде всего индейцы, они пришли со своими семьями. У Квини была книга церковных песнопений на языке ее племени, восхваляющая Вакантанку, которого белые люди называли богом и просили его о помощи.