Агентство «Острый нюх». По следам преступлений

Некромант неосознанно сжал руки в кулаки, продолжая настойчиво шептать, на его лбу выступили бисеринки пота, несмотря на прохладный воздух, и в какой-то момент он почувствовал, что Зов достиг цели. Нить натянулась, словно зацепилась за что-то, перед внутренним взором некроманта мелькнула картинка очаровательного белого зверька с умными черными глазами. Мужчина едва подавил радостный возглас, усилив воздействие, осталось совсем чуть-чуть, и ритуал сработает до конца!

Как вдруг что-то случилось. Словно невидимое лезвие опустилось на нить, и она с едва слышным звоном лопнула, болезненно хлестнув свободным концом и накопившейся энергией. За момент перед тем, как его выкинуло обратно в реальность, некромант успел увидеть мелькнувшую рядом с Аленой быструю тень кого-то большого, похожего на здоровенного белого кота. И все пропало, контур фигуры с шипением погас, мел исчез, а камни в узлах от избытка энергии пошли трещинами. Некромант поморщился и потер ноющие виски, с досадой посмотрев туда, где лежали драгоценные волоски – конечно, от них ничего не осталось. Они сгорели без следа в откате от не сработавшего ритуала. Мужчина пробормотал ругательство и прищурился, легко встав на ноги.

– И кто же тебе такую хорошую защиту дал, девочка моя? – задумчиво протянул он, протирая лезвие кинжала тряпочкой.

А она хорошенькой стала, такой милой лисичкой. Губы некроманта тронула улыбка. Что ж, раз не получилось привязать Алену с помощью ритуала, придется действовать другим путем, более длинным, но надежнее, чем прямое воздействие. Уничтожив все следы своего пребывания и того, что он тут делал, некромант направился домой. Предстояло продумать новый план, как добраться до Аленушки.

Днем, деревня Порошкино, под Питером"

"Я не могла поверить в то, что случилось, и только таращилась перед собой невидящим взглядом, боясь лишний раз пошевелиться. Я – рысь?.. Боже, но как такое может быть?! Почему? Мое ухо нервно дернулось, различив шорох рядом, и я резко повернула голову, тут же забыв о своем странном преображении: рядом со мной, почти вплотную, сидел большой, раза в полтора больше меня, снежный барс и, не мигая, смотрел на меня. Его длинный хвост, обернувший лапы, подрагивал, выдавая напряжение, круглые уши стояли торчком, и он время от времени облизывался, а когти царапали землю. И в серебристо-серых глазах с вертикальной щелью зрачка плескалось беспокойство, а по роскошному светлому с серыми пятнами меху струились полупрозрачные голубоватые языки. Барс был прекрасен. И пах снегом и ландышами. Я понюхала воздух и зажмурилась – моей кошке этот запах нравился, пожалуй, еще больше, чем песцу.